[ ЛЯЦКИЙ Евгений Александрович ] (3.3.1868, Минск - 7.7.1942, Прага) - этнограф, фольклорист, историк литературы. В 1889 окончил минскую гимназию, в 1893 - историко-филологический факультет Московского университета. В конце 1880-х начал печататься как поэт. Первые научные труды - по белорусской этнографии и фольклору. С конца 1890-х жил в Петербурге, работал в Институте антропологии и этнографии им. Петра Великого, в 1901-7, - старший этнограф и хранитель библиотеки Русского музея: дослужился до чина статского советника. С 1897 член Общества любителей российской словесности при Московском университете. Печатался в академической периодике, а также в журналах "Обозрение", "Журнал для всех", "Современный мир", "Русская старина", "Детский отдых", "Нива". Постоянный сотрудник "Вестника Европы" (1902-7), где писал о И.Гончарове, Н.Гоголе, М.Горьком, В.Вересаеве, Л.Андрееве, А.Чехове, В.Брюсове и др.: отрицательно относился к модернизму. Придерживался умеренно-либеральных взглядов. Был женат на дочери литературоведа, академика А.Пыпина, - В.Пыпиной и стал одним из наследников его архива; переиздал некоторые труды Пыпина, напечатал цикл статей о Н.Чернышевском (Совр. мир, 1909-10; Познание России, 1909: Современник, 1912-13), опубликовал его письма ("Чернышевский в Сибири. Переписка с родными". СПб., 1912-13) и трехтомное собрание писем В.Белинского (СПб., 1914). Как последователь культурно-исторической школы в русском литературоведении придавал большое значение фактам биографии писателя, бытовой среде, литературным влияниям, что нашло отражение в его первой монографии "Иван Александрович Гончаров: Критический очерк" (СПб., 1904; 2-е доп. изд. - "Гончаров: Жизнь, личность, творчество: Критико-биографические очерки". СПб., 1912; Стокгольм, 192 1). Книгу критиковали В.Брюсов, С.Венгеров, но поддержал П.Сакулин. --- В конце 1917 Л. уехал в Финляндию и после ее отделения от России не вернулся; в 1918-19 редактор газеты "Северная жизнь", поместил в ней ряд статей антибольшевистского характера. В 1920 организовал в Стокгольме издательство "Северные огни", печатавшее А.Грибоедова, М.Лермонтова, И.Крылова со вступительными статьями и комментариями Л., ранее вышедшие в России "Былины. Старинки богатырские", "Стихи духовные. Словеса золотые", "Сказки. Утехи досужие", "Русь сражающаяся. Стихи народные о любви и скорби". Был редактором и издателем журнала "Около России". --- С 1922 жил в Праге, являлся профессором Карлова университета, заведовал кафедрой русского языка и литературы. Руководил издательством "Пламя" (1923-26), был редактором газеты "Огни", сотрудничал в журналах "Новая русская книга", "Русский архив", в газете "Воля России", в "Научных трудах Русского народного университета в Праге" (участвовал в организации этого университета по приглашению Т.Масарика). Как и ранее, Л. оставался деятельным участником различных общественных и научных учреждений: председатель Комитета по улучшению быта русских писателей в Чехословакии, почетный доктор Белградского университета, почетный член Союза русских писателей и журналистов в Праге. Работы Л. печатались на русском, чешском, сербском, немецком, английском языках, он сотрудничал в итальянских, французских, финских, шведских журналах и газетах. Много занимался популяризацией русской классики: в Праге вышли его "Очерки русской литературы XIX в." (на чеш. яз.), в Праге и Варшаве - "Классики русской литературы" (1930, на чеш. и польск, яз.), в Белграде - "Обзор русской литературы XIX в." (1935, на серб. яз.). Выпустил новые исследования: "Гончаров в кругосветном плавании: Критико-биографический очерк" (Прага, 1922) и "Роман и жизнь: Развитие творческой личности И.А.Гончарова. Жизнь и быт. 18121857" (Прага, 1925), представив развитие творчества Гончарова в контексте духовной жизни эпохи и в связи с личными переживаниями писателя, отраженными в его письмах: опроверг бытовавшее тогда мнение о малосодержательности духовного облика писателя, обнаружил жизненные истоки созданных им образов, например, воздействие на развитие замысла "Обломова" романтического увлечения Гончарова Е.Толстой. В лекции о Чернышевском (1922) разъяснял его отношение к народу ("при создании нормальных условий политического существования народ сам определит формы своего земледельческого и экономического развития") и характеризовал высокий нравственный облик Чернышевского. В 1929 Л. обратился к творчеству Л.Толстого: "Два мира в приемах изобразительности Л.Н.Толстого", "Толстой и природа", "Воскресение" Л.Н.Толстого как художественный памятник". --- Следствием неизменного интереса Л. к творчеству Пушкина явилось избрание его председателем Пушкинского юбилейного комитета в Праге в 1937. Л. привлекала художественная история Пушкина. На 1-м конгрессе филологов-славистов в Праге в докладе "Пушкин-повествователь в "Истории Пугачевского бунта" (Пушкинский сборник. Прага, 1929) Л. утверждал, что писатель стремился прежде всего воссоздать черты личности знаменитого самозванца; прикрываясь общим тоном исторического повествования, он готовил "материал для своего будущего романа" о Пугачеве. Несколько работ Л. посвятил Ф.Достоевскому. В статье "Художественная стихия в творчестве Ф.Достоевского" (1922) писал, что образы его романов использовались лишь для доказательства тех или иных философских или общественных положений, "защищали консерватизм основ русского политического и общественного строя, ...разрушали догматизм патриархальных суеверий и плесень сонного прозябания души, ...с одинаковым диалектическим искусством доказывали бытие и небытие бога,.,"; Л. же считал главным в языке писателя его попытку поисков того "единого всеобъемлющего начала ...духовной жизни и, в частности, национальнорусской жизни", которое он называл "скрепляющей общей идеей". --- В прозаическом произведении Л. "Тундра: Роман из беженской жизни" (Прага, 1925) рецензенты усматривали "тень Достоевского", легко угадывая, чьими "потомками" являются герои романа. Сам Л. стремился, по его словам, выразить боль за Россию - "ту, что рождала в тайных помышлениях и молитвах красоту высокого подвига. Красота эта творит духовную личность, спасает душу и роднит живой связью кроткую ясность терпения с пламенной верой в грядущее пробуждение от тяжелого сна". Поэтому в каждом образе романа "столько тревоги и муки", столько "горя и скорби". --- В работе о "Слове о полку Игореве" (Прага, 1934) Л. пытался согласовать противоположные мнения - об одном и нескольких авторах "Слова", доказывая, что определяющую роль сыграл редактор-составитель, объединивший два первоначальных текста. Критики нашли, что "чрезмерная нарядность" стиля Л. сообщила "расплывчатость и неясность его суждениям" (В.Мякотин), что его книга "скорее роман, многие страницы которого читаются с большим интересом, чем убеждающее научное исследование" (Н.Кульман), После нескольких новых обращений к "Слову" Л. осуществил стихотворный его перевод (Прага, 1943), --- Соч.: История русского языка. Прага, 1928. --- Лит.: Бельговский К. 70-летие проф. Ляцкого // Сегодня, 1938, 7 марта. --- А. Ревякина
|
