МЕЧ и ТРОСТЬ
27 Мар, 2017 г. - 07:00HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· Современная ИПЦ
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Развал РосПЦ(Д)
· Апостасия
· МП в картинках
· Распад РПЦЗ(МП)
· Развал РПЦЗ(В-В)
· Развал РПЦЗ(В-А)
· Развал РИПЦ
· Развал РПАЦ
· Распад РПЦЗ(А)
· Распад ИПЦ Греции
· Царский путь
· Белое Дело
· Дело о Белом Деле
· Врангелиана
· Казачество
· Дни нашей жизни
· Репрессирование МИТ
· Русская защита
· Литстраница
· МИТ-альбом
· Мемуарное

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
Static Content


ROOT / book_2 / vgv152.htm
Тип: HTML
Print version...

4. Аваро-славянские отношения

В предшествующем разделе мы предложили краткий очерк отношений Византии с аварами и славянами во второй половине шестого века. Такой очерк не может дать адекватного представления об истории как аваров, так и славян в силу фрагментарного характера свидетельств. Византийские хроники упоминают аваров и славян лишь в той мере, в какой эти два народа воздействовали на византийский политический курс. Но именно история славян и их отношений с аварами имеет для нас первостепенное значение.

Чтобы понять природу господства аваров над славянами, мы должны в первую очередь ознакомиться, пусть кратко, с самой организацией аварской орды [53]. Будучи кочевниками, авары нашли в бассейне нижнего Дуная земли, вполне удовлетворяющие их потребности. Им не нужно было менять своих привычек, они могли выращивать лошадей и скот на Паннонской равнине точно так же, как и до этого в причерноморских и закаспийских степях. С другой стороны, теперь они оказались в близком контакте с местными сельскохозяйственными народами и намеревались полностью воспользоваться этим. Чтобы обеспечить себе полное подчинение славянских племен в Паннонии, аварские войска разместились в девяти укрепленных лагерях, стратегически расположенных так, чтобы господствовать над всей территорией современной Венгрии [54]. Каждый такой лагерь (hring) был защищен кольцом земляного вала. В этих лагерях хранились запасы пшеницы и другого продовольствия, получаемого от славянских крестьян, а также военная добыча и сокровища.

Условия жизни паннонских славян под властью аваров были ненадежными. Русские летописцы описывают характерную историю владычества аваров над славянским племенем дулебов. "И авары (обры) начали войну против славян и стали изводить дулебов, которые были славянами. Они (авары) издевались над дулебскими женщинами: когда кто-то отправлялся в поездку, он запрягал не коня и не вола, а приказывал вместо этого, чтобы три, четыре или пять (дулебских) женщин были впряжены в ярмо его повозки, и заставлял их везти его. Вот так они изводили дулебов." [55]

Дулебы первоначально жили в Западной Волыни. Сначала авары завоевали их, двигаясь обходным маршем из Дании в Паннонию по восточным склонам Карпатских гор [56]. Затем авары принудили часть дулебского племени присоединиться к ним в их дальнейшем продвижении. Эта часть дулебов вскоре осела в верховьях Тисы [57]. Вероятно, об этих дулебах повествует сюжет русской летописи. Славяне были вынуждены обеспечивать аваров дополнительными отрядами, когда те развязывали войну. Франкский историк Фредегарий, который писал в середине седьмого века, сообщает нам, что в бою славян располагали на передовой линии, чтобы они принимали на себя главный удар, тем самым избавляя своих повелителей аваров от чрезмерных потерь [58].

Паннонские славяне особенно страдали под аварским игом. Положение других славянских племен было не таким жалким, как у их паннонских собратьев. Хотя, к примеру, иллирийские славяне тоже признали над собой власть кагана, платили ему дань и обеспечивали вспомогательные войска, их общины сохраняли большую автономию. Более того, они вскоре оказались очень ценными для аваров в силу их искусности в морском деле. В конце шестого века славяне достигли Адриатического побережья в Далмации и стремились выйти в море. Желая помочь им, каган нанял опытных кораблестроителей из Италии в качестве наставников [59].

Как и иллирийские славяне, анто-славянские племена из региона нижнего Дуная были в значительно лучшем положении, нежели паннонские славяне. Мы теперь должны подчеркнуть тот интересный факт, ранее отмечавшийся [60], что со времени аварского вторжения вплоть до 602 г. византийские летописцы не делали разницы между склавенами и антами, в то время как, с другой стороны, славянские вожди, упомянутые в источниках, носили антские имена. Возможное объяснение этому заключается в том, что когда авары добились подчинения себе части антских племен (561 г.), некоторые антские князья стали вассалами кагана. Последний, по-видимому, поставил некоторых из них во главу склавенских общин, чтобы крепче удерживать тех. Наступление византийцев во время правления Маврикия разрушило анто-славянское единство, вследствие чего в начале седьмого века эти две группы снова действуют одна независимо от другой.

Что касается антов, мы должны принять в расчет, что для аваров было несомненно труднее управлять ими, чем западными славянами, поскольку лишь одна их часть - бессарабские анты - признали над собой владычество аваров. Антские племена к востоку от Днепра на территории Полтавской и Харьковской областей были независимы, несмотря на тот факт, что некоторые предводители восточных антов время от времени присоединялись к аварской орде во время ее набегов на византийские владения на Балканском полуострове. Возникновение так называемой Перещепинской сокровищницы [61] должно быть отнесено ко времени одного из подобных антских походов на Балканы. Перещепинские сокровища были закопаны в 668 г. или позднее, поскольку одна из византийских монет, обнаруженных там, была датирована этим годом. Другие вещи в этом кладе относятся к значительно более раннему времени, как, например, позолоченное серебряное блюдо, сделанное во время правления Анастасия (491-518 гг.). Блюдо, согласно надписи на нем, сперва принадлежало епископу Патерну, современнику Анастасия. Он был епископом в Томах, а значит, вероятно, блюдо было добыто предком владельца Перещепинского клада во время одной из осад Том. Томы осаждались аварами, булгарами, анто-славянами несколько раз на протяжении шестого и седьмого веков, и горожане всякий раз были вынуждены платить контрибуцию, чтобы осада была снята. Таким образом, блюдо могло быть получено каким-то антским князем в качестве его доли в разделе добычи. Возможно, это произошло в 559 г. [62] или немного позднее.

5. Таврида и Северный Кавказ в шестом веке

По ходу рассказа у нас была возможность рассмотреть в ряде аспектов отношение византийских властей к кочевым племенам северо-восточной части Причерноморья. Сейчас нам следует подробнее остановиться на развитии событий в Тавриде и на Северном Кавказе.

Что касается политической жизни этих регионов, особого внимания заслуживают два факта: восстановление Боспорского царства под протекцией Византийской империи и усиление Аланского царства на Северном Кавказе. Как мы уже видели, [63] новое Боспорское царство формально было союзником Византийской империи. Действительно, царь Боспора был вассалом императора, и его царство находилось под контролем имперских властей. Специальный уполномоченный чиновник империи выполнял полномочия придворного советника. Его титул назывался "комес" во время правления Юстиниана и "дукс" в последующий период [64]. Следует заметить, что византийское правительство пыталось установить протекторат над регионами по обе стороны Керченского пролива. Византийская надпись, относящаяся к 533 г., была обнаружена в Тамани [65].

Учитывая важность Тавриды в целом для контроля за Боспором, Юстиниан уделял много внимания укреплению фортификационных сооружений вдоль южного берега Крыма. Как мы уже видели [66], фортификации в Херсонесе были усовершенствованы во время правления Зенона (488 г.). Позднее они оказались сильно разрушенными, и Юстиниан должен был отдать приказ о восстановлении городских стен и строительстве новых крепостных валов [67]. На южном берегу были построены две новые крепости, а именно, Алустон (Алушта) и Горзувита (Гурзуф). Боспорский царь, со своей стороны, воздвиг новую башню в Пантикапее (Керчь). Во время правления Юстина II к ним было добавлено больше фортификационных сооружений [68].

Однако византийские власти прекрасно понимали, что для защиты всей Тавриды недостаточно построить крепости на побережье, но цепь Крымских гор также должна быть укреплена достаточно сильно. Горный район Тавриды был населен готами. Постоянная опасность, исходившая от гунно-булгарских племен, заставляла готов и византийцев объединить силы, и во время правления Юстиниана готы признали над собой господство императора и взяли на себя обязательство поставлять по требованию три тысячи воинов [69]. Со своей стороны, Юстиниан послал в Готию инженеров и архитекторов для строительства фортификации. Были воздвигнуты стены для защиты города Дораса, а на северных склонах Крымских гор была построена цепь крепостей. В то время как готы обеспечивали войска, прибрежные города, такие как Херсонес и Пантикапей, взяли на себя обязанность по строительству кораблей для флота империи, в соответствии с декретом Тиберия от 575 г [70].

Наши сведения о жизни народов столь же скудны, как и касательно предшествующего периода. Прокопий в своей книге "О постройках" говорит, что земли готов были достаточно плодородны, чтобы вести на них сельское хозяйство и выращивать виноград. Готы, согласно этому источнику, предпочитали сельскую жизнь и не заботились о возведении городов [71]. Однако в Готии был, по меньшей мере, один город - Дорас, упомянутый выше. Считалось, что Дорас был расположен на склоне Манкупа, но раскопки последнего времени свидетельствуют, что по всей вероятности он изначально был расположен на склоне Эски-Кермана [72]. В таком случае следует допустить, что у Манкупа существовал еще один готский город, поскольку там был обнаружен фундамент христианской базилики времен Юстиниана [73]. Существование этой церкви показывает, что ко времени правления Юстиниана христианство прочно утвердилось у крымских готов. На двадцать первом году правления Юстиниана (547-548 гг.) таманские готы попросили императора прислать им епископа, и их желание было выполнено [74].

Должно быть, таманские готы находились под владычеством утигуров, к которым они присоединились во время войны против кутригуров в 540 г. н.э. [75]. В Таманском регионе наряду с готами жили также некоторые кланы асов. Местом их основного расселения на этой территории, вероятно, была Малороса [76]. Среди этих асов, видимо, были асо-славяне (анты). К югу от устья Кубани жили касоги (черкесы), а к востоку от них между средним течением реки Кубани и Кавказским горным хребтом была сосредоточена большая часть асов или аланов (осетин). Аланы были организованы в кланы и племена. В шестом веке один из аланских племенных вождей присвоил себе высшую власть над всем народом. Его звали, как сказано в византийских источниках, Саросий [77]. В таком случае возможно, что его титул был принят за собственное имя. Менандр называет его "предводителем" (hegumenos) аланов", что несомненно является переводом иранского словосочетания Sar-i-Os, что обозначает "глава асов".

Согласно Прокопию, земли аланов простирались вдоль Кавказской горной гряды на восток к "Каспийским Воротам" [78]. Под этим названием Прокопий подразумевал Дарьяльское ущелье (Dar-il-Alan, "Врата аланов"). К югу соседями аланов были сваны [79], а к западу абасжаны; однако, Прокопий называет еще одно племя - брухианы, [80] находившееся между аланами и абасжанами. С тех пор как абасжаны были обращены в христианство, около 540 г., эта вера, вероятно, начала вскоре после этого распространяться среди аланов.

К востоку от аланов, в Дагестане, находились поселения сабирских гуннов [81]. Поскольку Прокопий не обозначает северной границы государства аланов, мы можем заключить, что лишь одинокие поселки асов были разбросаны в низовьях Кубани и к северу от нее. Поселения асов находились также в районе нижнего Дона [82]. Контролируя большую часть горных проходов в западной и центральной частях Кавказской гряды, аланы владели стратегическими позициями на путях из Северного Кавказа в Закавказье. Последнее было в то время разделено между Византийской империей и Персией. Естественно, обе эти страны предпринимали попытки, чтобы использовать аланов в качестве союзников. В 541 г. аланы помогали персам в их военной кампании против Лазики (Грузия) [83]. В 549 г. они (аланы) оказались на стороне Византийской империи, от которой они получили - совместно с сабирами - награду в размере порядка 300 фунтов золота [84]. Однако мы находим упоминания о том, что в 551 г. аланские воины опять-таки служат в персидской армии [85]. В 558 г. вождь аланов Саросий оказал Византии великую услугу, своевременно послав сообщение о приближении аваров [86]. Позже он охранял византийских посланников во время их поездки к тюркскому кагану, тогда как персы пытались подкупить аланов, чтобы те убили послов империи [87]. В 571- 572 гг. Саросий, в согласии с византийской политикой, поддержал армян во время их восстания против Персии [88]. Четырьмя годами позже государство аланов было сильно поколеблено тюрками (576 г.) [89]. Вскоре, однако, неприятности обрушились на тюркский каганат, [90] и возможно, что аланам удалось, хотя бы временно, снова обрести независимость.

6. Авары, славяне и Византия в первой четверти седьмого века

В 602 г. вспыхнули бунты в византийской армии, расквартированной на берегах Дуная. Солдаты были раздражены тем, что не получали плату за несколько месяцев, а из столицы пришло сообщение о том, что в дальнейшем их жалование будет урезано. Это вызвало мятеж. Военачальник Фока был провозглашен императором, чтобы он повел армию на Константинополь. По мере приближения армии Фоки население, в свою очередь, начало восставать против законного императора Маврикия. Маврикия арестовали, пятерых его сыновей убили на глазах отца, а после и самого его казнили [91].

Фока, которого мятеж возвел на трон, был простолюдином по рождению [92]. Византийские аристократы намеревались использовать его в качестве оружия против Маврикия, а после избавиться от него. Необразованный, злой и жестокий солдат. Фока был также человеком сильной воли, установившим по всей стране режим террора против аристократов. Поскольку правительство Фоки сосредоточивало внимание на внутренних делах, оно было не в состоянии проводить твердую внешнюю политику. Этим в полной мере воспользовались персы, вторгнувшись в восточные провинции империи. Чтобы развязать себе руки в борьбе против персов, Фока вынужден был увеличить дань аварам, поскольку это было единственным средством, чтобы предотвратить нападение аваров на Константинополь.

Несмотря на это византийцы были не в состоянии оттеснить персов назад. После ряда поражений ситуация стала критической, и империя была спасена только благодаря свержению Фоки. Его преемник Ираклий, умелый военачальник, все же не смог сразу остановить персов, поскольку перед тем, как предпринять активные действия, византийская армия нуждалась в полной реорганизации. Таким образом, на протяжении ряда лет наступление персов продолжалось. Сирия, Палестина и, наконец, Египет, житница империи, были оккупированы персидскими войсками. Только с помощью огромных усилий Ираклию постепенно удалось добиться успеха, сначала остановив персов, а затем перейдя в контрнаступление [93].

Одним из сопутствующих результатов ослабления Византийской империи в первой четверти седьмого века явилось распространение славянской колонизации на большей части Балканского полуострова [94]. Как мы видели, набеги антов и склавен на Фракию и Иллирию начались во времена правления Анастасия [95] и продолжались в эпоху Юстиниана и его преемников [96]. Первоначально славяне были заинтересованы только в грабежах, но с конца шестого века их группы стали поселяться на тех землях, на которые они совершали набеги. Славянская экспансия шла в двух главных направлениях: в сторону Солуни (Салоники) и Эгейского моря и в сторону Адриатики (Истрия и Далмация). К середине седьмого века славяне составляли большинство населения во Фракии и Иллирии, а также проникли в некоторые области самой Греции. Поскольку славяне находились под властью аварского кагана, последний, в соответствии с условиями его соглашения с императорам Фокой, должен был положить конец славянским набегам. Хотя каган и располагал достаточной силой, чтобы держать контроль над славянской экспансией, он вряд ли бы это делал, поскольку получал от славян свою долю в добыче, и вся эта история была очень выгодна для него. Более того, каган был заинтересован в развитии славянского флота как на Эгейском, так и на Адриатическом море, поскольку он увеличивал его преимущества в случае войны с византийцами. В 602 г. он заключил союз с королем лангобардов Агилульфом, и тот прислал по просьбе кагана опытных итальянских кораблестроителей в Далмацию [97]. Таким образом было основано славянское морское дело, которое позднее достигнет расцвета, имея своим центром Дубровник (Рагуза).

В 617 г. аварский каган - или Байан, или сын Байана - умер и, согласно распространенным впоследствии традициям международного права, аваро-византийский договор требовал новой ратификации. Наследовавший престол каган использовал случай, чтобы нанести Византии удар. В его планы входило захватить императора Ираклия во время переговоров. Поэтому каган предложил провести переговоры в городе Гераклея (современный Эрегли) на берегу Мраморного моря и настоял на том, чтобы император приехал собственной персоной. Ираклий, ничего сначала не подозревавший, с готовностью согласился и направился в назначенное место. Едва он достиг Гераклеи, как был предупрежден своими шпионами о вероломном заговоре и немедленно поскакал назад в Константинополь. Взбешенный каган приказал своей орде атаковать столицу, но гвардейские полки Ираклия вместе с регулярным гарнизоном сумели отбить натиск аваров. Орда разграбила предместья Константинополя и ушла на север, уводя тысячи пленников [98].

Ираклий не мог послать войска, чтобы отомстить аварам за предательство, поскольку все его внимание было сосредоточено на войне с Персией. Однако, чтобы как-то обуздать аваров, он прибег к традиционному маневру византийской дипломатии восстанавливания одной "варварской" орды против другой. Юстиниан I, как мы знаем [99], пытался предотвратить опасность со стороны кутригуров, заключив союз с утигурами. Теперь Ираклий сделал попытку установить дружественные отношения с кутригурами, рассчитывая использовать их впоследствии против аваров. Мы видели [100], что вскоре после первого натиска аваров кутригурский хан признал себя вассалом аварского кагана. В 582 г. каган назначил Гостуна ханом кутригуров. Судя по его имени, Гостун был скорее антом, чем кутригуром [101]. Преемником Гостуна был Курт, которому суждено было основать Великую Булгарию [102]. Согласно Златарскому, Курт правил 58 лет, с 584 по 642 г. [103]. А если так, то он должен был быть маленьким мальчиком во время вступления на престол, и есть некоторые свидетельства того, что его дядя Органа был регентом во время первого десятилетия его царствования [104]. Однако в начале седьмого века Курт, должно быть, уже взял на себя всю полноту власти над кутригурской ордой. Поскольку кутригуры выражали недовольство сюзеренитетом аварского кагана, они утвердились в желании вступить в переговоры с Византией. В 619 г. Курт появился в Константинополе со своей главной женой и со своими архонтами ("боярами"), каждый из которых тоже привез главную жену. Все они были крещены, и Курт был возведен в ранг патриция [105]. По византийским представлениям Курт теперь стал не только союзником императора, но и подчинил себя господству как императора, так и церкви.

Ввиду опасности окончательного утверждения альянса между Визаитией и булгарами, аварский каган поспешил заключить мир с империей (620 г.) [106]. Оказалось, что это было только временное перемирие, необходимое аварам для подготовки нового нападения на Константинополь. Чтобы обеспечить себе успех, они вступили в переговоры с персами по поводу одновременного наступления на Византию. Из-за больших расстояний и необходимости использования послами каждой из сторон объездных путей, переговоры длились несколько лет, и только весной 626 г. персидская армия достигла азиатских берегов Боспора. В июне того же года передовые отряды аваров достигли Длинной Стены. Константинополь, таким образом, оказался под угрозой осады с двух сторон. Вскоре аварам удалось прорваться сквозь укрепленные стены, и 29 июля их орда оказалась у стен самого Константинополя. Линия фронта аваров, имевшая форму дуги, простиралась от Золотого Рога до Мраморного моря. Кроме собственной орды аварский каган имел под своим командованием отряды булгар, гепидов и славян [107].

Участие булгар кажется довольно неожиданным ввиду предыдущего соглашения между Ираклием и ханом Куртом. Однако возможно, что булгары, присоединившиеся к аварскому кагану, не относились к кутригурам, а принадлежали к какой-то другой булгарской орде, не подчиненной Курту.

Участие славян примечательно тем, что следует принять во внимание их флот. Вероятно, легкие корабли славян плыли вдоль западного берега Черного моря от устья Дуная на юг к Деркосу, откуда они были переправлены волоком по суше к Золотому Рогу. 7 августа 626 г. аварский каган отдал приказ о штурме Константинополя с суши и с моря. Однако, как и во время нападения Виталиана столетие назад, византийские боевые корабли легко нанесли поражение легким славянским судам. В это время нет упоминаний об использовании "греческого огня". Одновременно с морской битвой константинопольский гарнизон предпринял успешную вылазку, сокрушая осаждавшего противника. Каган был сильно обеспокоен и отдал приказ об общем отступлении к Длинной Стене, откуда он надеялся держать Константинополь под постоянной угрозой нового нападения. Однако недостаток пищи и распространение эпидемий вынудили аваров полностью снять осаду и вернуться к своим обжитым местам в Паннонии [108]. Когда персы, которые расположились лагерем на азиатском побережье Босфора, узнали о неудаче кагана, у них не осталось другого выбора, кроме как тоже отступить [109]. Положение в целом изменилось столь круто и неожиданно в пользу империи, что жители Константинополя приписали это чудо вмешательству Девы Марии [110].

7. Великая Булгария, авары и славяне во второй четверти седьмого века

Кампания 626 г. стала последней попыткой аваров захватить Константинополь. И престиж кагана, и мощь его армии были сильно подорваны этим поражением, и именно с этого момента начинается упадок аварского каганата. Вскоре чехи восстали против аваров. Традиция гласит, что предводителем восставших был франкский купец по имени Само. Объединив чешские и моравские племена и освободив их от аварского ига, Само выступил против франков и разбил франкскую армию, посланную королем Дагобером (630 г.). Сведения о первом чешском государстве очень скудны [111]. По-видимому, оно распалось примерно через тридцать пять лет после образования.

Другим не менее важным результатом кампании 626 г. стало окончательное освобождение кутригурской орды от аварского контроля. Мы знаем, что кутригурский хан Курт был обращен в христианство во время визита в Константинополь в 619 г. [112]. Вслед за тем он не заявлял о себе на протяжении нескольких лет и не предлагал своей помощи Византии в 626 г. Однако во время отступления аваров от Константинополя Курт провозгласил свою независимость. Возможно даже, что он в то время принял титул кагана [113]. К этому времени прежняя вражда между двумя основными булгарскими племенами - кутригурами и утигурами - прекратилась, и между ними установились отношения сотрудничества. Его основание можно легко понять. Кутригуры угнетались аварами, а утигуры - тюрками. Каждое из племен было слишком слабым, чтобы воевать с их поработителями в одиночку. Объединившись, они стали значительно сильнее. Следует также отметить, что утигуры могли рассчитывать на поддержку оногуров, угрского (мадьярского) племени, находившихся с ними в дружественных отношениях с шестого века [114].

Таковым было основание объединения булгарских и угрских племен в причерноморских и азовских степях. Центростремительное движение среди этих племен искусно организовывалось Куртом. Хотя он был первоначально только кутригурским ханом, утигуры и оногуры, по очереди, признали его господство. Таким образом возникла так называемая Великая Булгария, каганом которой стал Курт [115]. С тех пор как Курт был крещен вместе со своими боярами в 619 г., у нас нет свидетельств распространения христианства в его владениях в какой-либо большой степени. Но несомненно, что он сам достаточно долго придерживался христианской веры. Весьма возможно, что он отрекся от нее из-за недовольства части его народа и возвратился к своей первоначальной религии, которая, вероятно, была алтайского происхождения.

Что касается балканских славян, то они также пытались освободиться от господства аваров. Согласно сведениям, изложенным императором Константином Багрянородным в его книге "De Administrando Imperio" ("Об управлении империей"), можно убедиться, что в седьмом веке кроаты как-то вытеснили аваров из Долмации [116]. Вероятно, именно к этому событию относятся следующие слова из стихов Георгия Писида: "Скиф (т.е. авар) убивает славянина и гибнет сам; так они сражаются в крови до обоюдного уничтожения" [117]. Поэма была написана по случаю возвращения Святого Креста на Голгофу императором Ираклием после его победы над персами.

Немного позднее, чем иллирийские, македонские славяне, в свою очередь, видимо, взбунтовались против аваров. В любом случае, к середине седьмого века Македонские славяне отказались признавать над собой власть кагана [118]. Не подчинились они и господству императора. Как в 630-х, так и в 640-х гг. все внимание византийских властей сфокусировалось на восточных войнах, сначала против персов, затем - против арабов. У империи не было ни времени, ни сил, чтобы сдерживать как фракийских, так и македонских славян.

8. Истоки хазарского государства и падение Великой Булгарии

Великая Булгария, основанная Куртом, в последние годы его царствования была независима как от аваров, так и от тюрков. После неудачи аварского набега на Константинополь (626 г.) угроза опасности с запада со всей определенностью миновала. Ситуация на востоке была не столь благоприятной для булгар.

Во время первого нападения на северокавказские земли тюркам удалось установить контроль над утигурами, после чего они проникли в Тавриду [119]. В 581 г. тюркское войско осадило Херсонес, но затем сняло осаду, так и не захватив город, и вернулось в Туркестан для участия там в гражданской войне. На протяжении почти двадцати лет тюркское государство было ослаблено из-за внутренних распрей между ханами. Утигуры воспользовались этой ситуацией, и им удалось освободиться от тюркского контроля. Однако, тюрки сохраняли свои владения в восточной части Северного Кавказа, так же как и в районе нижней Волги. В результате внутреннего раздора в Туркестане западная группа тюрков откололась от основного ханства в Туркестане [120].

Западная орда тюрков не могла быть очень многочисленной, и местные племена, завоеванные ею, в большой мере сохраняли свое самоуправление. Этнический состав племен Северного Кавказа был очень смешанным. К изначальной яфетической основе были добавлены разнообразные расовые черты, привнесенные новыми племенами, приходившими на эту территорию, такими как сарматы, гунно-булгары и угры. В течение пятого и шестого веков одно из этих смешанных племен стало известно как хазары. Вместе с другими местными племенами хазары признали над собой тюркское господство около 570 г. В скором времени они стали верными сторонниками тюркского государства и постепенно смешались с тюрками. Ко времени, когда западная тюркская орда на Северном Кавказе отделилась от главной орды в Туркестане, хазары уже составляли главную основу северо-кавказского государства, которое вскоре стало известно как Хазарский каганат [121].

Благодаря географическому положению, хазарам, как и аланам до них, было предначертано сыграть важную роль в международной политике в Малой Азии. Как мы видели [122], Византийская империя в 626 г. подверглась одновременному нападению аваров и персов. Император Ираклий нуждался в союзниках и быстро осознал возможность использования хазар против персов. В результате этого был послан византийский посланник к хазарскому кагану с предложением союзничества против Персии [123]. Интересы Византии в этом вопросе совпадали с интересами хазар, и каган с готовностью согласился на альянс. В 627 г. он сам повел свою армию в Иверию и осадил город Тифлис. Ираклий, со своей стороны, направился к Тифлису от Лазики, известной впоследствии как западная часть Грузии. Союзники встретились в окрестностях Тифлиса, и Ираклий угощал кагана на роскошном пиру, после которого он подарил кагану свой золотой обеденный сервиз [124].

Осада Тифлиса, однако, продолжалась два месяца без результатов. Устав от бездействия, каган вернулся домой, оставив Ираклию военный корпус - сорок тысяч человек, если верить источникам [125]. Вероятно, этот корпус составляли главным образом белые угры (сарагуры), которые были вассалами хазар. В любом случае, в славянском переводе хроники Георгия Амартола констатировано, что белые угры помогали Ираклию в его войне против Персии [126]. Другая угрская орда, оногуры, была частью Великой Булгарии под властью хана Курта, как уже отмечалось [127]. Таким образом, угрские племена Северного Кавказа в этот период разделились в своих приверженностях между хазарами и булгарами.

Пока Курт был жив, он имел достаточно силы, чтобы противостоять натиску тюрко-хазар. После его смерти, однако, Великую Булгарию поделили его сыновья, так же как и Гуннская империя была разделена после смерти Аттилы. Каждый из сыновей Курта оказался теперь во главе своей собственной орды, и ни у кого из них не было достаточных сил, чтобы совладать с хазарами. Под натиском хазар булгарские орды вынуждены были оставить прежние обжитые места и искать более безопасные регионы [128].

Одна из орд, состоящая главным образом из кутригурских кланов, двинулась на север и, наконец, осела в районе средней Волги и Камы. Они являлись предками так называемых черных, или серебряных, булгар, [129] чьему государству было предназначено играть в течение некоторого времени важную роль в истории западной Евразии [130].

Две другие булгарские орды, тоже большей частью состоявшие из кутригуров, пошли на запад. Одна из них в конце концов достигла Паннонии и присоединилась к аварам [131]. Другая дошла даже до Италии. Лангобарды, которые контролировали в это время большую часть Италии, впустили булгар на правах своих вассалов и позволили им расселиться в районе провинции Беневенто [132].

Четвертая булгарская орда под началом хана Аспаруха, как и две других, пошла на запад, но остановилась в районе нижнего Дуная (около 650 г.). Она состояла преимущественно из утигурских кланов [133].

Пятая орда, по преимуществу угрская, признала сюзеренитет хазар и осталась в Азовском регионе. Эта орда позже слилась с "белыми уграми", которые несколько раньше оказались под контролем хазар. Постепенно угры двигались в южно-русские степи и через некоторое время заняли район верхнего Донца, а также нижнего Днепра и Буга [134]. Русская "Повесть временных лет" упоминает их как белых угров [135]. Страна, которой правили угры (мадьяры), была известна как Лебедия [136]. До прихода мадьяр территория Лебедии была населена, главным образом, антами [137]. Некоторые антские племена, вероятно, были вытеснены из страны, в то время как остальные вынуждены были признать господство мадьяр.

Следует отметить, что примерно в то же время, когда хазары разбили Великую Булгарию, они, должно быть, также завоевали (около 650 г.) северо-кавказских аланов, или асов [138]; таким образом, правители аланов становятся вассалами хазарского кагана.

Одновременно с утратой независимости северокавказскими асами наступило тревожное время для дунайских антов, которые были сильно потрясены вторжением орды Аспаруха. Первый из оккупированных Аспарухом районов называется некоторыми византийскими историками [139] Онглос (Oggloz). Из Онглоса булгары вскоре проникли на острова дунайской дельты, а также в Добруджу. Ставка Аспаруха, по-видимому, располагалась на острове Пеус, старом поселении бастарнов [140]. В результате булгарского вторжения часть антских племен двинулась на север; большинство из них, однако, признали Аспаруха в качестве своего сюзерена. С течением времени булгары слились с анто-славянами, и из этого смешения завоевателей и завоеванных появилась новая нация, современные болгары. Название отражает тюркское происхождение прежнего правящего клана; но новая нация в целом славянская по языку и цивилизации.

Примечания

[53] H.Howarth, "The Avars", JRAS, XXI (1889), 721 - 810: Успенский, I, 468 - 469; Успенский, Монархии, с. 7-18. Археологические свидетельства см.: A. Alfoldi, "Zur Historischen Bestimmung der Avarenfunde", ESA, 9 (1934), 285 - 307: D. Bartha, "Die Avarische Doppelschairnci von Janoshida", AH, 14 (1934); N. Fettich, "Das Kunstgewerbe der Avarenzeit in Ungarn", AH, 1 (1926); idem, "Die Tierkampfscene in dcr Nomadenkunst", RK, pp. 83 ff.; T. Howarth, "Die Avarischen Graberfelder von Ulbo und Kiskoros", AH, 19 (1935); A. Marosi and N. Fettich, "Trouvailles Avares de Dunapentele", AH, 18 (1936).

[54] Feher, p. 34

[55] Hyp., col. 9.

[56] См. выше, 2.

[57] Markwart, p. 129; Niederle, III, 196.

[58] Fredegar, IV, 48.

[59] Кулаковский, II, 482; III, 196.

[60] См. выше, 3.

[61] См. Гл. IV, 8.

[62] См. выше, 3.

[63] См. Гл. IV, 10.

[64] Кулаковский, Таврида, с. 62.

[65] Васильев, с. 71.

[66] См. Гл. IV, 7.

[67] Procopius, Buildings, III, 7, 10 -II.

[68] AK, 18, 121 - 123.

[69] Procopius, Buildings, III, 7, 13 - 14.

[70] Novella 163, 2.

[71] Procopius, Buildings, III, 7, 15 - 16.

[72] Васильев, с. 51.

[73] Там же, с. 71 - 72.

[74] Кулаковский, Таврида, с. 62.

[75] См. Гл. IV, 10.

[76] Там же, 6.

[77] Earwsioz, Menander, frg. 4 (p. 4); Eaxwdioz , Menander, frg. 22 (p. 55).

[78] Procopius, VIII, 3, 4.

[79] Idem, I, 15, 1.

[80] Idem, VIII, 4, 1.

[81] О сабирах см.: Артамонов, с. 115- 118.

[82] Miller, pp. 66 - 68.

[83] Procopius, VIII, 1, 4.

[84] Idem, II, 29, 29

[85] Idem, VII, 8, 37.

[86] См. выше, 2.

[87] Кулаковский, Аланы, с. 48.

[88] Там же.

[89] Menandor, frg. 43 (р. 87).

[90] См. выше, 2.

[91] Кулаковский, II, 484 - 496.

[92] О Фоке и его правлении см.: Bury, 1889, pp. 197 - 206, Кулаковский, III, I - 27

[93] О Ираклии и его правлении см.: Bury, 1889, pp. 207 - 257; Кулаковский, III, 28-170; Ostrogorsky, pp. 54 - 66.

[94] См.: Левченко, с. 47 - 48; Васильев, Славяне, с. 413 и ниже.

[95] См. Гл. IV, 9.

[96] См. выше, 2 и 3; Гл. IV, 10.

[97] См. выше, 4.

[98] N.H. Baynes, "The Dates of the Avar Surprise", BZ, 21 (1912), 110 - 128; Кулаковский, III, 53 - 55.

[99] См. Гл. IV, 10.

[100] См. выше, 2.

[101] Гост-ун; -уи, согласно Маркварту, 147, - это "hypocoristicon". См., однако: Златарский, I, 1, с. 383 - 384.

[102] Курт или Кубрат. О нем и его правлении см.: Runciman, pp. 11-16; Златарский, I,1,с.84-122.

[103] Златарский, I, 1, с. 84.

[104] Runciman, p. 14; Златарский, I, 1, с. 84-86.

[105] Runciman pp. 13-14.

[106] Кулаковский, III, 56.

[107] Там же, с. 80.

[108] Кулаковский, III, с. 84 - 89

[109] Там же, с. 85.

[110] Там же, с. 85 - 86.

[111] Fredegar, IV, 48; IV, 68; Успенский, Монархии, с. 17.

[112] См. выше, 6.

[113] Runciman, pp. 14 - 15; Кулаковский, III, 246.

[114] См.: Moravcsik, а также J. Schnetz, "Onoguria", ASP, 40 (1926), 157 - 160; Васильев, с. 100.

[115] Moravcsik; Runciman, pp. 15 - 16; Златарский, I, 1, с. 99- 100.

[116] De Adm., 30.

[117] Кулаковский, III, 89.

[118] Кулаковский, III, с. 88 - 89.

[119] См. выше, 2; 5.

[120] Grousset, pp. 133 - 138.

[121] Артамонов, с. 88 - 134; Vernadsky, Conversion, pp. 76 - 77.

[122] См. выше, 6.

[123] Кулаковский, III, 93.

[124] Там же, с. 93 - 94.

[125] Кулаковский, III, 94.

[126] Hyp., cols. 9 - 10; Истрин, Хроника, II, 306.

[127] См. выше, 7.

[128] Theophanes, pp. 356 - 358; cf. Runciman, chap. 1.

[129] О термине "черные булгары" см. Гл. IV, 3, о термине "серебряные булгары" см. Niederle, IV, 49.

[130] См. ниже. Гл. VI, 3.

[131] Runciman, р. 19.

[132] Idem, p. 21.

[133] Idem, pp. 25 ff.

[134] См. ниже, Гл. VI, 5.

[135] Vernadsky, Lebedia, pp. 182 - 185.

[136] de Adm., 38.

[137] См. выше, Гл. IV, 8.

[138] Кулаковский, Аланы, с. 49.

[139] Произношение точно не определено. У Никифора (р. 34) имеем "Ogloz"; у Феофана "Ogglz" или (в других рукописях) "Ogkloz", Анастасий в своем латинском переводе "Хроники" Феофила дает как Hoglos, так и Onglos: см. Златарский, I, 1, с. 96, 126. Fehcr, p. 24, принимает прочтение Ogloz, которое он интерпретирует как ajul , что можно сравнить с мадьярским оl ("хлев") и татарским aul ("деревня"). С этой точки зрения название должно быть отнесено не ко всей стране, а только к лагерю Аспаруха. См. также выше примечание 34 к гл. III.

[140] См. Гл. III, 6.

1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12-13-14-15-16-17-18-19-20-21-22-23-24-25-26

Statistics: size(file) = 38309 bytes; size(dir) = 129372 bytes; total files(dirs) = 10

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку публикацию.

На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Новый адрес электронной почты нашей редакции: v84992678001@gmail.com