|
|
Электронный словарь[ А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | Й | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Ъ | Ы | Ь | Э | Ю | Я ]
СТАРЕВИЧ Владислав Александрович (8. [по др. св. 6.18.1882, Москва - март 1965, Фонтене-су-Буа, близ Парижа) - режиссер-мультипликатор. Родился в семье обедневших польских дворян Антонины и Александра С. Его детство и юность прошли в Ковенском уезде. Потеряв в раннем возрасте мать, С. с четырех лет воспитывался в семье ее родственников Легецких. Теплая, полная любви и забот, творческая атмосфера этого дома - его обитатели прекрасно рисовали, лепили, играли на многих музыкальных инструментах - самым благоприятным образом сказалась на формировании личности и развитии способностей С. Одаренный от природы, он попеременно увлекался различными видами искусств, многое умел делать собственными руками. В 10-летнем возрасте сконструировал собственное устройство к "Волшебному фонарю", с помощью которого ставил первые домашние спектакли. Затем последовали "Тауматроп", "Волшебная книга", на страницах которой оживали рисунки. Чуть позже С. увлекся энтомологией, а по окончании гимназии стал брать уроки у художника Яротского в частной школе Трутнего в Вильно. Однако недостаток средств вынудил его прервать занятия живописью. Возвратившись в Ковно, С. поступил на службу в Казенную -палату; вскоре женился, обзавелся собственным домом и семьей. Размеренная жизнь чиновника безусловно не являлась призванием С. Его жизненной стихией было творчество, выход которому он находил в различных увлечениях: участие в любительских спектаклях, публикация своих острых карикатур в местных сатирических журналах "Оса" и "Кривое зеркало", рисование рекламных плакатов для городских кинотеатров, за что получал право бесплатного посещения киносеансов. Однако самую громкую славу ему принесли новогодние маскарады, для которых он мастерил умопомрачительные костюмы, выполненные из рогожи, пробок и пшеничных колосьев, создавал фантастические маски и грим. С неменьшим энтузиазмом С. увлекся фотографией. Оформив из собранных материалов красочный альбом, С. преподнес его в дар Ковенскому этнографическому музею. Идея создания этнографического фильма привела его в Москву и свела с известным кинопредпринимателем А.Ханжонковым. Приобретение аппаратуры и договор с кинофирмой стали важной вехой в творческой биографии С" знаменующей его приход в кинематограф. --- По возвращении в Ковно С. снял свой первый 10-минутный фильм "Над Неманом", затем два документальных фильма из области энтомологии - "Жизнь стрекоз" и "Жуки-скарабеи". Его следующий замысел заключался в постановке игрового фильма, где бы насекомые могли быть действующими лицами и исполнителями. Неудача с живыми жуками навела его на мысль изготовить "кукольных актеров". Знание энтомологии и собранная прекрасная коллекция насекомых помогли С. создать их крохотные копии, практически не отличимые от оригинала. Обладая огромной фантазией и изобретательностью, он расчленял миниатюрные "актерские" фигурки на суставы, делая для каждого подвижный шарнир. Движение кукол, фазированное с помощью длинного пинцета, снималось покадрово. Через кадр С. менял положение отдельных частей почти микроскопических тел этих удивительных исполнителей. Он индивидуализировал своих героев, выявляя в их походке, жесте присущие им характерные особенности; мимика отрабатывалась мельчайшими изменениями формы маски, изготовленной из мягкого материала. Талант художника, волшебные руки мастера, творческая интуиция и титанический труд дали блестящий результат. Его первый опыт объемной мультипликации фильм "Прекрасная Люканида" (1911) - имел колоссальный успех. В журнале "Вестник кинематографии" писали, что "картина настолько необычна, нова и оригинальна, что ставит в тупик даже специалистов кинематографического дела". Этот необычный фильм вызвал восторг и удивление не только отечественного зрителя, он стал первой русской картиной, приобретенной для проката зарубежной фирмой. Зрители, журналисты и даже некоторые профессионалы были убеждены, что использовались живые насекомые, тайной оставался только способ их дрессировки. Сам С. и сотрудники фирмы вплоть до 20-х поддерживали эту иллюзию, умалчивая о подлинной технике съемки. --- После шумной премьеры первого фильма С. вместе с семьей переехал по приглашению Ханжонкова в Москву. Имея теперь устойчивое и достаточно обеспеченное материальное положение, он приступил к монтажу еще 4 фильмов, снятых в Ковно в 1911: вскоре они были выпущены на экраны. Один из них "Месть кинематографического оператора" был столь же восторженно принят кинокритиками, как и "Прекрасная Люканида". Оставляя в качестве исполнителей насекомых, С. создал своего рода шедевр пародийного жанра. В этой мини-картине со столь экзотическими актерами блестяще, с потрясающей выдумкой и юмором была представлена вся атрибутика классической салонной мелодрамы - роковые страсти, интриги, месть, мир артистической богемы и даже вставные танцевальные номера в духе Айседоры Дункан. К рождественским праздникам С. выпустил первую мультипликацию для детей - "Рождество обитателей леса" (1912). В этой ленте он впервые использовал прием, который стал характерной чертой многих его будущих фильмов: на глазах у зрителей куклы "оживали", и это было настоящим чудом. Добрый сказочный фильм с успехом прошел не только в России, но и за рубежом. --- Конец 1912 был особенно удачным для С. Подлинным триумфом увенчалась премьера его новой работы "Стрекоза и муравей". Зрители Копенгагенского кинотеатра "Палад-рояль" приветствовали фильм стоя. С тем же энтузиазмом лента была встречена и на родине в феврале 1913. Добиваясь в новом фильме максимального "очеловечивания" героев, С. предварительно снимал живых актеров в мизансценах, задуманных для кукольных персонажей, а затем пользовался этим материалом для фазировки движения кукол. Неистощимый на выдумку и фантазию, режиссер создал блестящую импровизацию на тему знаменитой басни И.Крылова. Отодвигая на задний план назидательный момент, он сумел средствами мультипликации так изобретательно и остроумно рассказать незамысловатую историю, что эта лента до сих пор считается шедевром анимационного жанра. На Всемирной выставке в Милане (1913) она получила Золотую медаль. --- Летом 1913 С. был привлечен к работе в игровом и одновременно просветительском фильме "Пьянство и его последствия". Здесь произошла его встреча с будущим королем немого кино ЛМозжухиным. В этой картине впервые был проведен интересный эксперимент по соединению в одном кадре мультипликации и живого актера. Хитроумно придуманный С. трюк с вылепленным им же пластилиновым чертиком, демонстрировавшим пагубные последствия алкоголизма, стал центральным и самым впечатляющим эпизодом фильма. --- Вслед за тем С. на некоторое время оставил мультипликацию и переключился на игровое кино. Причины подобного шага носили в основном материальный характер. Старые куклы уже "отыграли" свой срок, а для постройки нового ателье и создания очередных "актеров" требовались время и деньги. Кроме того, очень трудоемкие короткометражные анимационные фильмы оплачивались значительно ниже обычных картин, требовавших намного меньше времени и быстрее окупавшихся. Однако и в новом качестве С. оставался верен старым привычкам творца-одиночки. Как и прежде, он совмещал в себе одном и автора сценария, и оператора, и постановщика, и рабочего сцены, и монтажера, и даже киномеханика. Изобразительные и технические качества его фильмов отвечали самому высокому уровню, а операторские способности вызывали одновременно и удивление, и восхищение. Он первым в России применил светофильтры, умело использовал зарубежные пленки Патэ и Кодак, был изобретателем оптических приспособлений по части комбинированных съемок, оригинально пользовался эффектами кукольной и графической мультипликации. "Волшебник по призванию", С. всегда отличался необычным видением мира, недаром он тяготел к сказочным сюжетам. Проза Н.Гоголя предоставляла широкие возможности для реализации его фантазии и экспериментаторства. В 1913 были экранизированы "Страшная месть" и "Ночь перед Рождеством". С. старался достигнуть наивысшего эмоционального воздействия и поразить воображение зрителя, слабости режиссуры компенсировались высоким уровнем операторской и оформительской работы; ленты потрясали самых искушенных профессионалов необычностью трюковой и комбинированной съемки. В значительной степени успеху картин С. способствовало участие в них легендарного И.Мозжухина, который в ролях гоголевских персонажей блестяще продемонстрировал новые грани своего редкого актерского дарования. Он был исполнителем главной роли и в следующей ленте С. "Руслан и Людмила" (1914), столь же горячо принятой зрителем. Сохраняя приверженность миру грез и волшебства, С. тогда же экранизировал "Снегурочку" по пьесе А.0стровского (в гл. роли Антон Фертнер). --- В годы 1 -и мировой войны С. продолжал работать в кинематографе, однако теперь в основе его картин лежали военно-бытовые сюжеты с четко выраженной патриотической, а порой и националистической направленностью ("Как немец выдумал обезьяну", "Пленники Марса" и др.). В 1915 С. был призван на военную службу и взят в Военно-кинематографический отдел Скобелевского комитета, где он в основном занимался работой пропагандистского характера, съемками военной хроники, но одновременно и постановкой игровых картин. Именно в этот период он создал ленты по польской тематике. Сын польского дворянина, участника восстания 1863, С. оставался верен национальным традициям, идеалам и культуре своей исторической родины, что в полной мере проявилось в его фильмах: "На Варшавском тракте", "Дочь корчмаря", "Пан Твардовский". Эти ленты выделялись из общего ряда кинопродукции тех лет благодаря профессионализму, мастерству, подлинному новаторству в искусстве их создателя (С. широко использовал усложненную технику съемок, наплывы, многократные экспозиции). --- С. снимал фильмы самых разных жанров: мелодрамы, комедии, фарсы, агитки, но, как и прежде, любимым его автором оставался Гоголь. Только в 1918 были экранизированы "Вий", "Сорочинская ярмарка", "Майская ночь", а чуть раньше "Портрет". Многие фильмы снимались в Ялте, куда перебрался почти весь кинематографический мир России. Придерживаясь своих прежних эстетических воззрений и идеалов, С. в сложных финансовых условиях пытался снимать близкие его художественной природе фильмы: "Калиостро", "Иола", "Стелла Марис" ("Звезда моря" по Локку) - картина, в которой царит мир волшебной красоты и удивительной гармонии. Как режиссер игрового кино С. поставил около 50 фильмов, но при всех их достоинствах в душе он всегда оставался верен своему призванию художника-мультипликатора. Выехав в Ялту в надежде получить временную работу, С. оставил на своей московской квартире около 3 тысяч масок, изготовленных для будущего фильма. Замысел так и остался неосуществленным, т.к. ухудшавшаяся в связи с гражданской войной обстановка не позволяла продолжать работу даже и в Крыму. По предложению продюссера фирмы "Икарус-фильм" Хапсаева С. уехал вместе с семьей в Италию, а оттуда во Францию. --- С 1922 начался новый этап в его жизни. 4 5 лет он прожил во Франции, так и не став ее гражданином, но здесь, в Фонтене-су-Буа, он обрел свой новый дом, основал собственную студию и создал фильмы, которые принесли ему мировую славу. Первая лента, выпущенная во Франции, называлась "В лапах паука" и повествовала о злоключениях мухи, ставшей содержанкой паука-банкира. Изобретательная, забавная мультипликация была своеобразной пародией на светско-салонные мелодрамы и входившие тогда в моду сериалы типа пресловутого "Фантомаса". В этом фильме куклы-насекомые С. впервые теряли свою прежнюю, поражавшую зрителя натуралистичность, начинали активно мимировать и все более приобретали антропоморфные черты. В 20-е С. выпустил целую серию сказок, где вместе с куклами играла его младшая дочь Янина, снимавшаяся под псевдонимом Нина Стар: "Пугало" ("L'6pouvantail", 1921); "Свадьба Бабила" ("Le manage de Babile", 1921): "Лягушки требуют королях ("Les grenouilles demandent un roi"); "Маленькая уличная певичка" ("La petite chanteuse de rues", 1923); "В лапах паука" ("Dans les griffes de l'araignee", 1924): "Глаза дракона" ("Les yeux du Dragon", 1927): "Любовь белая и любовь черная" ("Amour noir et amour blanc"); "Волшебные часы" ("L'horloge magique", 1928); "Лев и мошка" ("Le lion et le moucheron"). Выпущенный в 1925 фильм С. "Голос соловья" ("La voix du rossignol") был первым европейским кинопроизведением, получившим американскую награду - Приз Розенфельда. В 30-е С. подготовил ряд трогательных фильмов о плюшевой собачке Фетише, имевших колоссальный успех у детей. В 1949 за совместную с Соникой Бо работу "Зинзабель в Париже" ("Zinsabelle u Paris") о приключениях жирафа в городе С. был награжден призом Международного фестиваля детских фильмов. С. прочили славу Диснея, но он отказался ехать за океан и остался верен старым кустарным принципам производства. Как всегда, весь его творческий коллектив состоял только из членов семьи. --- Работая в новых условиях и на другую аудиторию, С., не теряя своей творческой самобытности, был вынужден учитывать вкусы и традиции западноевропейского зрителя. Результатом этой амальгамы стал его знаменитый полнометражный фильм "Роман о Лисе" ("Le Roman de Renard") по мотивам средневекового французского эпоса Х11-ХШ вв. и сказки Гёте "РейнекеЛис". По праву причисленный к шедеврам мировой кинематографии, этот фильм долго шел к французскому зрителю. Съемки начались в 1929, закончились в 1931, но озвучание произошло только в 1939. В 1936 С. создал немецкую версию этого фильма. Отказавшись от первоначального замысла сочетать игру живых актеров и объемную мультипликацию, он пошел на эксперимент и все функции игрового кино возложил на своих своеобразных исполнителей.С. продемонстрировал верх изобретательности и фантазии, создавая куклы величиной от 10 см до размеров человеческого роста. Куклы обладали удивительной мимикой, их гримировали, им придавали "выражение лица", они сохраняли пластику настоящего тела животных, могли чудесным образом "оживать" на экране. Потрясенные зрители почти уверовали в то, что это были дрессированные животные, которых каким-то неведомым способом заставили носить костюмы. Однако за всем этим стоял титанический труд художника: для достижения такой степени мимической и пластической выразительности С. приходилось для каждого персонажа изготовлять до 500 масок, продвигаясь в съемках движения одной или нескольких кукол со скоростью менее 1-2 метров пленки в час. При этом С. старался не только поразить зрителя техническими новациями или куклами, не имевшими аналогов в мире, но и вносил в западную мультипликацию лучшие элементы русской актерской школы: ее психологизм, глубину, эмоциональную насыщенность. --- Уединенная жизнь отшельника в доме-студии под Парижем, оживавшие чудо-куклы, определенная таинственность, сопровождавшая его творческий процесс, к которому допускались только самые близкие люди - все это порождало мифы и легенды вокруг имени С. Примечательны слова известного киноведа А.Арну: "Нет, не поеду я к Старевичу, ...не хочу, чтобы он превратил меня в камень... или напустил своих гномов, духов, домовых, своих ужасных мух и драконов со сверкающими бриллиантами глаз..." Сам же С. на все разговоры о "тайнах" неизменно отвечал: "...секрета особого здесь нет. Это все труд. Большой кропотливый труд. Все это создано по кадрику, только очень тщательно". До конца своих дней С. оставался великим тружеником; задумывая все новые и новые сюжеты, он мечтал создать грандиозную фреску "Сотворение мира". Безудержно смелый в творческом поиске, С. вместе с тем не был свободен от присущих людям слабостей: из суеверного страха не решался, приступая к религиозному сюжету, наделять марионеток человеческой мимикой; по тем же соображениям боялся речевого озвучания кукольных персонажей.С. мечтал о создании музея кукол, однако этому не суждено было сбыться. Его уникальная коллекция оказалась рассеянной по всему миру. Ходатайства известного мультипликатора И.Иванова-Вано о приобретении ее Россией не увенчались успехом. Секрет создания своих уникальных кукол художник унес с собой. --- Заслуга С. состояла не только в создании особой техники съемки, но также в талантливом решении с ее помощью особых образных и жанровых чадач, и по сей день стоящих перед объемной мультипликацией.С. стал первопроходцем в этом жанре и намного опередил современный ему кинематограф. --- Лит.: An L.SMrtvitsh, l'animateur des poup^es et des marionettes, realise un nouveaux film: "Le Roman de Renard" // "Cin^-Miroir", 1929, 27/XII; Михин Б. Художник-кудесник // Иск-во кино, 1961, № 8; Нусинова Н.И. Роман о Лисе // Там же, 1989, № 12; форестье Луи. Великий немой // Родина, 1991, № 11-12. --- Т. Гиоева --- |
СТЕПУН Федор Августович (6.2.1884, Москва - 23.2.1965, Мюнхен) - религиозный философ, историософ, культуролог, социолог, теоретик искусства, писатель и публицист. Родился в расположенном в Москве доме "Человеколюбивого общества", что, как иронично замечал сам С., ко многому обязывало. Предки С. по отцу владели земельными угодьями между Тильзитом и Мемелем. Кроме литовской и немецкой крови, у С. были примеси французской и шведско-финской крови по линии матери, в роду которой (Аргеландер) встречаются уважаемые имена протестантских пасторов. Спустя три года после рождения Федора семья переехала в имение недалеко от Калуги, где отец получил место директора известной на всю страну кондровской писчебумажной мануфактуры. Природа средней полосы, провинциальная жизнь и связанные с ней воспоминания способствовали глубокому вживанию в образ России, ставший впоследствии одной из ведущих тем его творчества. --- По настоянию отца в 1894 С. поступил в московское реальное училище Св.Михаила, которое окончил в 1900. В выборе дальнейшего пути колебался между желанием изучать философию и тягой к художественному творчеству. Так и не приняв окончательного решения, С. отправился для отбытия воинской повинности на год (1901) в мортирный дивизион, стоявший в Коломне. Затем по совету матери и доцента Московского университета Б.Вышеславцева С. в 1902 выехал для продолжения образования в Гейдельберг. Там в университете он изучал философию, историю, политическую экономию, государственное право, историю искусства и литературы, стал учеником В.Виндельбанда. Пройдя курс обучения в Гейдельбергском университете, С. защитил докторскую диссертацию по историографии Вл.Соловьева, после чего отправился путешествовать по Франции и Италии. " --- Формирование философских взглядов С. проходило под влиянием неокантианства, Вл.Соловьева, символизма, немецкого романтизма (особенно Шлегеля и Новалиса) и мистицизма (Плотина, Мейстера Экхарта, Шеллинга, Рильке) и вполне завершилось в 1910, когда в сборнике "О мессии. Очерки по философии культуры" (Лейпциг, 1910) появилась его статья "Трагедия творчества (Фр.Шлегель)". В ней С. предпринял первый набросок своей философии культуры, стержнем которой стала формулировка противоречия между душевнодуховным планом личности (жизнью) и объективированными в процессе творчества ценностями (культурой). --- С возвращением в Россию в 1910 С. принял самое деятельное участие в издании международного ежегодника по философии культуры "Логос" (1910-14, 1925), постоянными участниками и редакторами русского издания которого стали, кроме него, адепты "научной метафизики" С.Гессен, Э.Метнер, Б.Яковенко. "Задачей русского "Логоса", - писал С,, было подведение методологического фундамента под научно ...малоозабоченную русскую философию, как религиозно-интуитивного, так и марксистско-догматического характера". Свое направление авторы "Логоса" противопоставляли деятельности православно-славянофильского издательства "Путь", вокруг которого были объединены такие известные философы и богословы как Г.Рачинский, Е.Трубецкой, В.Эрн, С.Булгаков, Н.Бердяев, П.Флоренский, Позднее, однако, некоторые авторы "Логоса", среди которых был и С., перешли на религиозные позиции и даже стали деятельными членами православной церкви. --- 1910-14 - период напряженной творческой деятельности С. Он являлся членом "Бюро провинциальных лекторов", в качестве которого объездил почти всю Россию, особенно часто посещая волжские города; выступал на заседаниях Религиозно-Философского общества им. Вл.Соловьева: входил в кружок И.Астрова; участвовал в семинарах в издательстве "Мусагет", читал лекции в Московском народном университете. В журналах "Труды и дни", "Русская мысль", "Северные записки" был напечатан ряд ярких статей С. В "Логосе" (кн. 3-4, 1913) опубликована во многом программная для С. философская работа "Жизнь и творчество", в которой он пытался "на почве кантовского критицизма научно защитить и оправдать явно навеянный романтиками и славянофилами религиозный идеал". --- Разразившаяся 1-я мировая война отвлекла С. от научной и литературной работы. В начале октября 1914 он в составе 12-ой Сибирской стрелковой артбригады отправился на Галицийский фронт, в 1915-на Рижский фронт, где был тяжело ранен. Спустя 10 месяцев, проведенных в армейских лазаретах, в 1916 возвратился в Галицию. Свои переживания, связанные с участием в военных действиях, описал в философско-автобиографическом романе "Записки прапорщика-артиллериста" (М..1918), признанном критиками одной из лучших книг о 1-й мировой войне. С началом Февральской революции С. попал во главе армейской делегации Юго-Западного фронта в Петроград, где остался в качестве фронтового представителя во Всероссийском Совете рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Не удовлетворенный своей деятельностью, С. возвратился на фронт как правительственный комиссар и принял участие в съезде Юго-Западного фронта в Каменец-Подольском. Вскоре С. вновь был вызван в Петроград, где возглавил культурно-просветительскую часть при политическом отделе военного министерства, редактировал одновременно журнал "Инвалид"; некоторое время исполнял обязанности начальника политического управления при военном министерстве. После ухода в отставку работал редактором журнала "Армия и флот Свободной России" (быв. "Инвалид"). Утром 24.10.1917 арестован в Мариинском дворце солдатами Кексгольмского полка, но вскоре освобожден. --- После октябрьского переворота С. перебрался в Москву, где весной 1918 сотрудничал в оппозиционной прессе, заведовал культурнофилософским отделом в правоэсеровском "Возрождении". С началом гражданской войны был призван в Красную армию и лишь благодаря вмешательству А.Луначарского оставлен в Москве, назначен на должность заведующего репертуаром при "Показательном театре революции". После постановок "Царя Эдипа" Софокла и "Меры за меру" Шекспира С. был уволен из театра за "явное непонимание сущности пролетарской культуры". Однако, по его мнению, специфически пролетарской культуры "и быть не может: культура требует языка, а у пролетариата, как и у каждого класса, есть только терминология". Покинув театр, С. остался в Москве, читал лекции в ряде театральных студий, преподавал в Вольной Академии духовной культуры, делал доклады в аудиториях Политехнического музея, вел интенсивную литературную работу. В 1919 С. вместе с женой решил обосноваться в деревне, где они вместе с другими родственниками организовали небольшую коммуну, работавшую с разрешения местного исполкома на 14 десятинах земли, оставшихся от имения тестя С. В 1922 С. был составлен сборник "Освальд Шпенглер и закат Европы" и выпущен под его редакцией литературно-художественный сборник "Шиповник", куда вошли, кроме статьи самого С,, работы Н.Бердяева, П.Муратова, Л.Леонова, Б.Пастернака. Осенью 1922 С. вместе с другими известными деятелями русской культуры был выслан из Советской России. --- С. нашел пристанище в Германии и первоначально поселился в Берлине; стал одной из самых заметных фигур культурной жизни эмиграции. При его непосредственном участии выходили журналы "Современные записки" (зав. лит.-худ. отделом) и "Новый Град" (соред. вместе с Г.Федотовым и И.Фондаминским). Формируя программу "Нового Града", С. отмечал отсутствие жестких партийных рамок в направлении журнала. Главным для "новоградцев" был вопрос духовности, а не конечных целей движения. Возможность выхода из глубокого духовного, социального и экономического кризиса, поразившего мир, они связывали "с христианской культурой средневековья, со свободолюбивым гуманизмом Возрождения и с либеральным социализмом, требовавшим такой хозяйственной системы, которая гарантировала бы каждому человеку возможность полного развития своей личности". С. - убежденный христианский демократ. Его политические взгляды эволюционировали от правого крыла партии социалистов-революционеров к позиции религиозных социалистов типа П.Тиллиха во времена Веймарской республики. --- В 1923 вышли в Берлине книга С. "Жизнь и творчество", составленная из статей, уже опубликованных в России, и работа "Основные проблемы театра", в которой философ продолжал разработку ключевой для него темы противоречия жизни и творчества: "Каждый человек, осознающий себя на достаточной глубине, неизбежно осознает себя в раздвоении, каждый дан себе как бы двояко, дан себе как несовершенство, как то, что он есть, и как совершенство, как то, чем он должен стать, дан себе как факт и задан себе как идеал; дан себе как хаос и задан себе как космос... Жизнь, изживаемая нами изо дня в день, - не жизнь вовсе. В ней господствует слепой случай, в ней царит обман..."; подлинная жизнь - "это жизнь как содержание трагедии". Та же мысль о высокой культурной миссии театрального искусства, соединяющего и возвышающего актеров и зрителей, проводилась С. в работе "Театр и кино" (Берлин, 1932). --- В 20-30-е С. сосредоточился на проблеме исторической судьбы России и осмыслении феноменов революции и большевизма. В "Новом Граде" (1934, № 8) появилась его программная статья "Идея России и формы ее раскрытия", в которой он, в частности, отмечал, что "русскость есть качество духовности, а не историософский политический и идеологический монтаж", и потому раскрытие русской идеи "требует не формул, а тщательной живописи исторического пути и лица России". Большевизм С. трактовал как результат "ложного направления религиозной энергии русского народа, псевдоморфоза русской потребности верить" и потому большевизм "не может быть преодолен ничем иным как возрождением веры в Распятого". Эти идеи развивались С. в работе "Das Antlitz RuBlands und das Gesicht der Revolution" (Leipzig, 1934), а феноменология революции исследовалась им в серии очерков "Мысли о России", печатавшихся в "Современных записках" (1923-28). --- Опираясь в своих философских интуициях на учения о положительном всеединстве и цельном знании Вл.Соловьева и славянофилов, С. придерживался стратегии синтеза всех человеческих познавательных способностей. Отсюда своеобразие его писаний, часто шокирующих парадоксами и похожих одновременно и на научные изыски, и на философские рассуждения, и на глубоко личную лирическую прозу. Наиболее ярко этот синтез нашел свое выражение в религиозно-философском романе в письмах "Николай Переслегин" (Париж, 1929) и мемуарах "Бывшее и несбывшееся" (тт. 1-2, Нью-Йорк, 1956). Органичность и наблюдательность С., умение, как писал литературный критик Ю.Иваск, "охватить целое, а не части (форму, стиль, настроение)", позволяла ему глубоко проникать в тайну художественного творчества и творческой личности. Это в полной мере проявилось в работе "Встречи: Достоевский - Лев Толстой - Бунин - В.Иванов - Белый - Леонов" (Мюнхен, 1962), а одна из последних книг С. - "Mystische Weltschau. Fiinf Gestalten des russischen Symbolismus" (Munchen, 1964), по свидетельству долголетнего собеседника, личного секретаря, друга и ученика философа, А.Штаммлера, "не только самое глубокое, проникновенное толкование символизма, которое ныне существует на каком бы то ни было языке, но также подведение итогов богатейшей жизни и творчества самого С.". --- В статье, посвященной памяти С., Штаммлер нарисовал портрет философа: "С. меня поразил: в нем было что-то львиное, при этом благосклонное, приветливое, открытое; глубокая серьезность соседствовала с милой шутливостью, глаз иногда прищуривался, лукаво подмигивал. Это был с головы до пят русский барин, но вместе с тем несомненно и ученый, одновременно и человек с некоторыми чертами театральности, - светский человек, офицер и хороший наездник". Черты аристократизма отмечал у С. и один из редакторов "Современных записок" М.Вишняк: "Элемент игры и театра, импровизации, вдохновения или выдумки чувствовались во всем, о чем бы он ни говорил или писал". Именно неподражаемый артистизм вкупе с незаурядным ораторским талантом принесли С. славу одного из лучших ораторов Германии. --- В 1926 С. был приглашен на кафедру социологии в дрезденское Высшее техническое училище, откуда в 1937 он был уволен нацистским правительством без права печатного и устного выступления по причине, как иногда иронично выражался С., "неисправимой русскости, жидофильства и склонности к религиозному мракобесию". Чудом избежав гибели во время бомбардировки Дрездена в 1945, но потеряв все свое имущество, С. перебрался сначала в небольшой городок Тагернзее, а оттуда в Мюнхен. В 1947 С. пригласили возглавить созданную специально для него кафедру истории русской культуры в Мюнхенском университете Людвига Максимилиана, где он вплоть до 1960 читал курсы по русской литературе (в основном символизму) и социологии русской революции. По словам Штаммлера, "он был одним из самых блестящих лекторов, когда-либо читавших в Мюнхенском университете". В послевоенные годы С. активно сотрудничал в периодических изданиях эмиграции (альманахе "Мосты", журналах "Опыты", "Новом журнале" и др.), одновременно являлся одним из учредителей и постоянных представителей Товарищества зарубежных писателей. К 80-летию С. правительство ФРГ наградило его высшим знаком отличия.С. скоропостижно скончался, возвращаясь с одной из своих публичных лекций. --- Соч.: Der Bolschewismus und die christliche Existenz. Munchen, 1959; Dostoewskij und Tolstoj. Christentum und soziale Revolution. Munchen, 1961. --- Лит.: Нижевский Д.И. Речь о Степуне // НЖ, 1964, № 75; Штаммлер А.В.Ф.А.Степун. In memoriam // НЖ, 1966, № 82. --- М. Галахтин --- |
СТРАВИНСКИЙ Игорь Федорович (5.6.1882, Ораниенбаум - 6.4.1971, Нью-Йорк) - композитор, дирижер и пианист. Родился в семье великого русского певца Федора Игнатьевича С" солиста Мариинского театра, обладавшего уникальным басом и выдающимися сценическими данными (был первым исполнителем в целом ряде русских опер, в том числе П.Чайковского и Н.Римского-Корсакова). Мать - Анна Кирилловна С. (урожд. Холодовская). В доме отца в Петербурге собирались виднейшие деятели русской культуры, что в немалой степени способствовало становлению художественных вкусов молодого С. С 9 лет обучался игре на фортепиано. В 1900 окончил частную гимназию Я.Гуревича и по настоянию отца поступил на юридический факультет Петербургского университета (обучался в 1901-6; однако, по имеющимся сведениям, не получил диплома об окончании университета, т.к. не сдавал выпускных экзаменов). В 1903-8 брал уроки композиции у Римского-Корсакова, но академического музыкального образования не получил, т.к. по совету учителя в консерваторию не поступал. К этому времени относятся первые сочинения С. - Соната для фортепиано (1904), Симфония для большого оркестра ми-бемоль мажор (1907), фантастическое скерцо (1908), первые вокальные циклы. Дебютировал как композитор в Петербурге 27.12.1907 - были исполнены вокальные сочинения С. "Пастораль" и "Весна монастырская" (солистка Е.Петренко), однако ранее на закрытых репетициях исполнялись вокальная сюита "Фавн и пастушка" (17.4.1907) и 2-я и 3-я части Симфонии (16.4.1907). --- Определяющую роль в развитии творческих и эстетических взглядов С. сыграла художественная атмосфера Петербурга начала века, его сближение с С.Дягилевым, А.Бенуа и др. представителями художественного объединения "Мир искусства". Встреча с Дягилевым стала по сути основополагающей в дальнейшей судьбе С. По совету Б.Асафьева Дягилев, вынашивавший идею создания балета на сюжет о Жар-птице, и будущий постановщик балета М.Фокин 9.1.1909 присутствовали на 1-м исполнении симфонической фантазии С. "Фейерверк", которая, несмотря на весьма скромный успех у публики, произвела на обоих буквально ошеломляющее впечатление. Три первых балета С., написанные по заказу Дягилева, открыли русский период творчества композитора (до 1919) и представили русскую тему его творчества в трех различных ракурсах: сказочную в "Жар-птице" (1910), бытовую в "Петрушке" (1911) и ритуально-архаичную в "Весне священной" (1913). Уже в самом обращении С. к жанру балета была видна позиция композитора нового времени: в музыке XIX в. основным жанром музыкального творчества оставалась опера. Точнее всего по этому поводу С. высказался в одном интервью: "Опера - это ложь, претендующая на правду, а мне нужна ложь, претендующая на ложь". Видимо, именно этим можно объяснить отказ С. завершить начатую еще в 1909 работу над оперой "Соловей" (завершена только в 1914). Работа над балетами естественным образом соприкоснулась и с опытом претворения С. русского музыкального и поэтического фольклора.С. заострил внимание не на смысловой стороне стиха, а на музыкальном звучании русского слова, его фонике, что изначально сблизило его с русской поэтической школой того времени (В.Хлебников, М.Цветаева и др.): "В стихах этих меня прельщала не столько занимательность сюжетов..., сколько сочетание слов и слогов, то есть чисто звуковая сторона". Вокальные циклы, созданные в 1910-е ("Прибаутки", "Колыбельные песни кота", "Три истории для детей" и др.), стали в прямом смысле творческой лабораторией С., где сложились основные элементы стиля, сохранившиеся в его музыке на протяжении всего творчества (использование мелодических полевок небольшого диапазона, нерегулярность метра и ритмических акцентов, свобода в сочетании инструментальных тембров и т.д.). --- С 1910 подолгу жил в Швейцарии, хотя основным местом, где была создана бблыпая часть сочинений русского периода, был Устилуг. По архитектурному проекту С. в 1907 здесь был построен дом "Старая мыза" (сохранился в перестроенном виде: в июне 1994 открыт дом-музей С.). В 1914, собирая материал для "Свадебки", в последний раз был в Устилуге, откуда, минуя Петербург из-за начинавшейся войны, возвратился в Швейцарию. С этого времени оказался оторван от родины навсегда. В поздние годы неоднократно подчеркивал, что эмигрировал из царской России и было это связано с болезнью жены - Екатерины Гавриловны (урожд. Носенко), вынужденной лечиться в Швейцарии (женитьба состоялась в 1906). Впрочем, переезд за рубеж был во многом инспирирован и политическими взглядами молодого С.-в те годы достаточно либеральными и позже коренным образом изменившимися. В письмах к В.Римскому-Корсакову - сыну композитора и другу С. - оценивал царскую Россию как "проклятое царство хулиганов ума и мракобесов", писал о желании серьезно заняться изучением "научного социализма", горячо приветствовал Февральскую революцию. --- Годы 1-й мировой войны С. прожил в Швейцарии (в Кларане, Морж, Монтрё и др. небольших городках). В этот период русская тема оставалась по-прежнему доминирующей в творчестве С. (муз. притчи "Байка про лису, петуха, кота да барана", 1916; "История солдата", 1917). Главное и итоговое для русского периода произведение - "Свадебка" (1917, окончат, вариант 1923), органично соединившая обе основные жанровые линии этого периода - балетную и фольклорную; этот балет С. назвал "симфонией русской песенности и русского слога". --- С момента создания балета "Пульчинелла" (1919), целиком построенного на свободной обработке тем итальянского композитора XVII в. Дж.Перголези, в творчестве С. произошел резкий стилистический перелом, открывший новый важнейший период его деятельности - период неоклассицизма (1919-53). С. назвал "Пульчинеллу" "первым намеренным рейдом в прошлое", определив этими словами новый эстетический постулат своего творчества - обращение к принципам музыкального мышления, композиционным приемам, жанрам европейской музыки (главным образом музыки барокко, отчасти позднего Возрождения и раннего классицизма). Но несмотря на то, что в его творчестве отныне почти полностью исчезли русская тема, русская музыкальная интонационность, С. и в неоклассицизме оставался русским художником. Претворение европейской культуры, обращение к авторитетным художественным системам европейского искусства всегда были одним из важнейших источников развития русского искусства. Это во многом объясняет беспрецедентную в истории музыки многоликость претворений неоклассицизма у С., т.к. в каждом его неоклассическом опусе "исследуются" все новые и новые музыкальные архетипы прошлого: традиции инструментальной культуры барокко (Октет для духовых, 1923; Концерт для фортепиано и духовых, 1924; Концерт для 2-х фортепиано соло, 1935; Концерт для камерного оркестра "Дамбартон-Окс", 1938и др.): опера-буффа ("Мавра", 1922): балет-буффа ("Пульчинелла", 1919: "Игра в карты", 1936); балет-аллегория, использующая мифологические сюжеты ("Аполлон Мусагет", 1928: "Орфей", 1947): мелодрама ("Персефона", 1934): ранний венский классицизм (Симфония в До, 1940) и т.д. С. по сути суммировал и завершил в европейской музыке межвоенного двадцатилетия тенденцию неоклассицизма. Его неоклассический метод не адекватен приему стилизации, т.к. в конечном итоге основным для него оставался момент подчинения элементов "чужого" стиля под свой (в стилизации - обратное). С. создал некие эталонные образцы неоклассицизма, представившие органичное соединение прототипов старинной музыки с языком, жанрами и, главное, мышлением, свойственным музыке XX в. --- С 1920 переехал в Париж, где жил до 1939. С 1925 (во время первой гастрольной поездки в США) началась интенсивная дирижерская деятельность С., всегда протестовавшего против исполнительских интерпретаций его сочинений и считавшего, что авторская трактовка останется для потомков единственным эталоном для исполнений его музыки. В 1935 вышли в свет мемуары С. "Хроника моей жизни" (Л" 1963). 1939 стал роковым для него годом: в течение нескольких месяцев скончались старшая дочь, жена и мать. Эти трагические события, равно как и начинавшаяся 2-я мировая война, вынудили его переехать в США, где он остался до конца жизни. В 1939 С. получил приглашение на чтение курса лекций в Гарвардском университете (позже они вышли отдельным изданием под названием "Музыкальная поэтика"). В 1940 вторично женился на Вере Артуровне (урожд. де Боссе). В 1948 познакомился с молодым американским дирижером Робертом Крафтом, ставшим секретарем С. и принимавшим самое деятельное участие во всех его делах, в том числе и сугубо житейских.Р.Крафт запечатлел и сделал достоянием читателей содержание своих бесед со С, (вышло 7 вып. их совм. бесед; первые 4 с сокр. опубл. на рус. яз. под назв. "Диалоги"). --- До 1953 С. продолжал работать в русле неоклассицизма - католическая Месса (1948; это дало основание сделать опрометчивый вывод, будто С. принял католичество - С. всегда исповедовал православие), опера "Похождения повесы" (1951), Кантата (1952) и др. В 1953 в творчестве С., перешагнувшего 70-летний рубеж, произошла новая творческая переориентация - он обратился к т.н. серийной технике музыкальной композиции, основанной на неизменной повторности на протяжении сочинения (или его отдельной части) серии - заранее определенной композитором последовательности звуков. Музыке позднего, серийного, периода С. (1953-66) свойственны подчеркнутый аскетизм, столь отличающий ее от предыдущих периодов, строгая конструктивная логика формы (хотя это качество, особенно усилившееся в сочинениях позднего периода, всегда было присуще композиции С,: "в моей музыке слишком сильно преобладание геометрии", - сказал С. уже в 1928), обращение к полифоническим приемам добаховского времени. Большая часть сочинений позднего периода связана с религиозной тематикой, часто на библейские тексты - "Священное песнопение" (1956), "Плачи" (1958), "Потоп" (1962), "Авраам и Исаак" (1963). Последнее крупное сочинение С. - Реквием (1966), ставший венцом творчества С. Последние 5 лет жизни С. не сочинял (многие замыслы остались неосуществленными) . --- В сентябре-октябре 1962 С. впервые после 1914 посетил Москву и Ленинград, выступив с триумфальным успехом в авторских концертах. Его приезд восстановил, казалось, навсегда утерянные связи с родиной.С. никогда не был равнодушен к событиям, происходившим в СССР, порой болезненно реагировал на них, в частности, с глубокой горечью воспринимал известия об изменении политического курса после хрущевской "оттепели", вместе с тем он верил в будущие исторические перемены ("молодежь поможет"). --- Важнейшей темой публичных выступлений С., к которой он обращался на протяжении всей жизни, было признание своей близости традициям русской художественной культуры и своего русского происхождения: русский "язык моей мысли"; "я всю жизнь по-русски говорю, по-русски думаю, у меня слог русский" и точнее всего - "моя музыка в основе своей русская, но принадлежу я и к европейской культуре". --- Историческое положение С. в истории музыки достаточно необычно. Он начинал творческий путь в годы музыкальных тенденций, генетически еще связанных с романтизмом, а к концу жизни стал свидетелем появления образцов конкретной и электронной музыки. Но между этими крайними точками было великое множество иных музыкальных течений.С. в редких случаях оставался их сторонним наблюдателем. При этом уникален избранный им метод художественной ретроспекции, не имеющий аналогов в истории музыки. Каждое сочинение С. - это художественная неожиданность, связанная, с одной стороны, с намеренным освоением различных музыкальных архетипов прошлого, наполненных, однако, в каждом случае духом современности, а с другой - с теми переменами "творческих манер", о чем писал С., и которыми отмечены отдельные периоды его деятельности. Огромная синтезирующая сила интеллекта позволяла С. на протяжении всего творчества сохранять основные стилистические константы в музыке, созданной им. Влияние С. на музыку XX в. было не просто значительным - оно было магическим. Едва ли не все композиторы этого времени, испытав на себе воздействие его музыки, признавали его самым великим композитором XX в. --- С. похоронен в Венеции в православной части кладбища на острове Сан-Микеле рядом с могилой Дягилева. С 1983 архив С. в полном объеме (манускрипты сочинений, письма его корреспондентов, газетные и журнальные вырезки, иконография и личная библиотека) находятся в Базеле в Фонде Пауля Захера. В архивах Москвы и Петербурга сохранились многочисленные письма С. к его русским корреспондентам, а также отдельные манускрипты сочинений и их корректуры с правкой автора. --- Соч.: Диалоги.Л., 1971; Письма Стравинского / И,Ф.Стравинский. Статьи и материалы.Л., 1973; Стравинский-публицист и собеседник, М., 1988. --- Лит.: Вершинина И.Я. Ранние балеты Стравинского.М., 1967; Смирнов В.В. Творческое формирование И.Стравинского.Л., 1970; Stravinsky in Pictures and Documents. New York, 1978; Друскин M.С. Стравинский.Л., 1982; Муз. академия, 1993, № 4; Варунц В.П. Неизвестный Стравинский // Муз. обозр., 1993, 22 дек.; Walsh S. The Music of Stravinsky. Oxford, 1993. --- В. Варунц --- |
СТРАТОНОВ Всеволод Викторович (17.4.1869, Одесса - 6.7.1938, Прага) - астрофизик. Родился в семье директора классической гимназии. В 1891 окончил Новороссийский университет с дипломом 1-й степени и золотой медалью, присужденной за дипломную работу "Пассажный инструмент и определение географических координат". В 1891-92 работал в астрономической обсерватории Новороссийского университета под руководством известного астрофизика профессора А.Кононовича, одного из пионеров астрофизических исследований в России. По его рекомендации С. в 1892 был откомандирован в Пулковскую обсерваторию, где работал два года под непосредственным руководством ее директора академика Ф.Бредихина. --- В 1894 по плану Бредихина были изготовлены два нормальных астрографа для Пулковской и Ташкентской обсерваторий.С. был направлен в Ташкент для работы на этом приборе. Специально для него в Ташкентской обсерватории была учреждена должность астрофизика, ему была предоставлена свобода в выборе объектов для работы, заказе за границей новых инструментов и т.д. В течение 10 лет работы С. получил на нормальном астрографе колоссальный фотографический материал: более 400 снимков звездного неба и небесных объектов, в том числе около 200 фотографий шаровых и рассеянных звездных скоплений, 85 снимков положений малой планеты Эрос во время ее выгодного противостояния в 1900-1, ряд фотографий Млечного Пути, светлых и темных туманностей, переменных звезд, планет, поверхности Солнца. Используя ясное и прозрачное небо Ташкента, С. применял многочасовые экспозиции, что позволило ему фиксировать на снимках весьма слабые объекты. --- Продолжая исследования своего учителя А.Кононовича, ученый провел тщательное измерение скорости вращения Солнца на разных широтах по наблюдениям факелов (горячих облаков в атмосфере Солнца). В 1897 он опубликовал мемуар о вращении Солнца, в котором делал вывод, что не существует единого закона вращения Солнца, а каждый широтный пояс имеет свою скорость вращения. Мемуар был отмечен премией Николая II. Большое внимание С. уделял исследованию звездных скоплений, в частности, Плеяд. Провел статистику звезд в Плеядах, измерил их собственные движения, изучил зависимость "светимостьспектр". Изучая туманности, окружающие наиболее яркие звезды скопления, обнаружил в них волокнистую, а порой клочковатую структуру. Подробно изучил также рассеянное скопление х и h Персея, шаровое звездное скопление в Геркулесе, рассеянное скопление в Щите, кольцеобразную туманность в созвездии Лиры. Изучая строение Млечного Пути, доказал, что наблюдаемое раздвоение Млечного Пути - явление кажущееся, вызванное наличием темных поглощающих масс диффузной материи. Подверг статистическому анализу Боннское и Капское обозрения неба и вывел свой закон убывания числа звезд в Млечном Пути с широтой, а также их распределение по долготам. Провел трудоемкую работу по выявлению этих распределений для 900000 звезд различных величин, построил карты полученных распределений. Выявил сложность строения нашей Галактики, его отличия от упрощенных моделей В.Струве и Г.Зеелигера. Одним из важнейших результатов этого исследования явилось открытие звездных облаков. Эта большая работа была опубликована в 1900-1 в двух частях под названием "Исследования строения Вселенной" (на франц. яз.). Опубликовал также ряд исследований переменных звезд, в частности, Миры Кита, Новой Персея 1901. Проводил наблюдения метеорного потока Леонид. --- В 1904 из-за болезни глаз С. был вынужден оставить работу в Ташкентской обсерватории и вообще работу астронома-наблюдателя. Он переехал на Кавказ, где служил чиновником для особых поручений при наместнике. Кроме того, обладая некоторым состоянием, открыл собственный банк. Издал на свои средства несколько своих книг по астрономии, в частности, роскошно оформленную книгу "Солнце" с многочисленными иллюстрациями, удостоенную премии Русского астрономического общества. Тремя изданиями вышел его учебник "Космография", получивший одобрение министерства народного просвещения и ряда др. ведомств. Специально для женских гимназий и духовных семинарий выпустил "Сокращенный курс космографии". Двумя изданиями вышла его научнопопулярная книга "Здание мира". В 1919 издал книгу "Звезды", рекомендованную в качестве учебного руководства для средних учебных заведений и также удостоенную премии Русского астрономического общества. --- В 1918 переехал в Москву, где занял должность профессора Московского университета, а вскоре был избран деканом физико-математического факультета. Читал курс общей астрономии для студентов 1-го курса. Одновременно заведовал физико-математическим отделением Главной государственной библиотеки в Москве (позднее - Библиотеки им. Ленина). В 1918-20 был научным консультантом Наркомпроса, курируя издание научной литературы в Советской России. В начале 1920 выступил с предложением построить на юге страны большую астрофизическую обсерваторию, оснащенную самыми современными приборами, которые надлежало выписать из-за границы. Предложение встретило горячую поддержку со стороны многих астрономов, физиков и геофизиков, а также научных организаций. 25.3.1921 Государственный ученый совет принял решение об учреждении Главной астрофизической обсерватории и утвердил ее оргкомитет во главе с С. Были направлены экспедиции для выбора места строительства в район Одессы и на Северный Кавказ, начат выпуск "Трудов" обсерватории. Впоследствии на базе оргкомитета был образован Астрофизический институт, объединенный в 1931 с Астрономической обсерваторией МГУ в Астрономический институт им.П.Штернберга. Южная обсерватория была построена только в 50-х в Крыму и не соответствовала тем масштабам и задачам, которые намечал в своем проекте С. В начале февраля 1922 резкое обострение обстановки в высших учебных заведениях страны, вызванное новым уставом вузов, утвержденным Наркомпросом, низкой зарплатой профессоров и преподавателей, плохой обеспеченностью лабораторий, привело к волне профессорских забастовок, одним из организаторов которых был С. После переговоров с заместителем председателя Совнаркома А.Цюрупой условия работы профессоров были улучшены и забастовки прекратились. Однако в августе 1922 С. был арестован, а в октябре - выслан из РСФСР вместе с большой группой ученых. --- Обосновавшись на недолгий срок в Берлине, С. активно содействовал организации Русского научного института, чтобы помочь детям русских эмигрантов продолжить образование, а ученым - научную деятельность. В 1923 С. переехал в Прагу, где жил и работал до конца своих дней.С. читал научно-популярные лекции по астрономии во многих городах Чехословакии, а также в Литве, Латвии и Эстонии, сотрудничал с Русским национальным университетом в Праге. Получив чехословацкое гражданство, начал читать курс лекций по общей и практической астрономии в Чешском высшем техническом училище в Праге. В 1927 издал учебник "Астрономия" на чешском языке, который в 1929 был переиздан также на немецком языке. Кроме того, выпустил несколько научно-популярных книг по астрономии. В последние годы жизни С. обрабатывал свои наблюдения малой планеты Эрос, выполненные им в Ташкенте в 1900-1, готовил к печати свои лекции по общей астрономии. Завершению этих работ помешала смерть ученого.С. похоронен в Праге, на Ольшанском кладбище. --- Лит.: Бронштэн В.А. Изгнание Стратонова // Природа, 1991, № 1. --- В. Бронштэн --- |
СТРУВЕ Глеб Петрович (19.4.1898, Петербург - 4.6.1985, Беркли, США) - литературовед, журналист, переводчик, педагог. Окончил коммерческое училище в Петербурге ( 1916). Весной 1917 отправился добровольцем на фронт, служил в гвардейской артиллерии в Карпатах. В 1918 вступил в Добровольческую армию генерала Алексеева, в декабре с фальшивым паспортом пересек границу Финляндии. С отцом, П. Струве, в 1919 переехал в Англию. Учился в Оксфордском университете ("ВаШоп College"), получил диплом по новой истории. Весной 1922 покинул Англию, 10 лет работал в качестве журналиста сначала в Берлине, где ведал изданием журнала "Русская мысль", выходившим под редакцией его отца (1921-24), затем в Париже, где сотрудничал в газете "Возрождение" (1925-27), входил в редакцию еженедельников "Россия" (1927-28) и "Россия и славянство" (1928-32). --- В 1932 С. стал лектором по истории русской литературы в Лондонском университете (Высшей школе славистики), сменив на этом посту Д.Мирского, возвратившегося в СССР. В 1946 С. был приглашен читать лекции в американских университетах, на следующий год стал профессором кафедры славянских языков и литератур Калифорнийского университета в Беркли, где работал до ухода на пенсию в 1967. За годы пребывания в США читал лекции в Гарвардском, Вашингтонском, Колорадском, Оклахомском и Торонтском (Канада) университетах. С 1960 редактор созданного по его инициативе славистического журнала "California Slavic Studies". Принимал участие в работе издательства "Международное литературное содружество". --- Научные заслуги С., прежде всего его большая роль в развитии славистики в США после 2-й мировой войны, получили высокое признание и отмечены знаками поощрения Американской Ассоциации славистики (1973) и Калифорнийского университета (1978). С. был удостоен почетной степени доктора права Торонтского университета (1971), избран почетным председателем Русской академической группы в США (1977). --- С. известен своими исследованиями русской литературы XIX и XX вв., включая советский период и литературу русского зарубежья. В книге "Soviet Russian Literature" (London, 1935) освещается историко-литературный процесс 20-х - начала 30-х. Этот труд выдержал несколько изданий: расширенный вариант, дополненный обозрением литературной жизни между 1935 и 1943, появился под названием "25 years of Soviet Russian Literature (19181943)"; затем книга была опубликована в 1946 в Париже (на франц. яз.), в 1951 в Беркли (США), в 1957 и 1964 в Мюнхене: наиболее полным по охвату историко-литературного процесса явилось издание 1971 - "Russian Literature under Lenin and Stalin. 1917-1953". В этой работе С. стремился писать историю "объективно", рассматривая советскую литературу прежде всего с точки зрения ее художественности, но стараясь при этом "говорить откровенно и критически". Проведенный анализ убеждал С" что советский период в развитии литературы не был бесплоден, он дал миру немало произведений, отличающихся свежестью видения и оригинальностью формы, заслуживающих того, чтобы их переводили и читали за пределами России. Доминирующим в начальный период советской литературы С. признавал русский футуризм с наиболее одаренным его представителем - В.Маяковским, но отмечал также расцвет других школ и течений: Маяковский революционизировал поэтику, Олеша и Фадеев представляли новый русский реализм; как произведения "живой реальности и человеческой глубины" определял первые романы Федина и Леонова. Вместе с тем С. акцентировал внимание на особенностях развития советской литературы, выделяя в их числе политизацию литературного дела, подавление свободы творчества, жесткий контроль со стороны коммунистов, стремящихся создать "специфическую советскую литературу в соответствии с намеченным планом", С. приходил к заключению, что "современная Россия располагает блестящими писателями, но она не может иметь большой литературы, поскольку свобода разума здесь скована". В более поздних изданиях С. изменил некоторые акценты, в отличие от традиционно нигилистических трактовок социалистического реализма, находил в этой тенденции не только негативные, но и позитивные итоги, выражавшиеся, в частности, в обновлении языка и стиля литературы, возрастании интереса к человеку, усилении "элементов гуманизма"; хотя одновременно соцреализм, по его словам, навязывал художнику определенные ограничения. Наиболее критично оценивал период после 1946: "Мрак и темнота опустились на советское искусство и литературу"; термином "ждановизм" характеризовал строгий партийный контроль, довлеющий над сферой творческой мысли. --- С. принадлежит книга "О четырех поэтах: Блок, Сологуб, Гумилев, Мандельштам" (Лондон, 1981), в которой он задался целью показать подлинное значение творчества тех, кого он считал крупнейшими русскими поэтами.С. регулярно печатал в американских, английских, русских эмигрантских газетах, журналах и альманахах статьи, рецензии, обзоры литературной жизни России и русского зарубежья: вел "Дневник читателя" в газетах "Новое русское слово", "Возрождение", "Русская мысль" и др. В числе опубликованного: "Бунин в советской критике" (Нов. рус. слово, 1954, 3 янв.); "Бальмонт - певец России" (Россия и славянство, 1930, 29 марта); "Об Адамовиче-критике" (Грани, № 34-35): "О Ремизове: К годовщине смерти" (Вест. РСХД, 1957, № 51); "Б.К.Зайцев: к 80-летию" (Нов. рус. слово, 1961, 10 июня); "По поводу Нобелевской премии Шолохова" (Нов. рус. слово, 1968, 26 окт.); "Новые пушкинские материалы Британского музея" (Белградский пушкинский сб. Белград, 1937). Составленная Р.Хьюзом библиография трудов С. включает свыше 900 наименований. --- С. неустанно собирал материал о жизни и деятельности русских писателей-эмигрантов в странах Европы, Америки, Азии: итогом явилась книга "Русская литература в изгнании: опыт исторического обзора русской литературы" (Нью-Йорк, 1956; 2-е изд. Париж, 1984). С. исходил из того, что "зарубежная литература есть временно отведенный в сторону поток общерусской литературы. И воды этого отдельного, текущего за рубежами России потока... будут содействовать обогащению общего русла"; понятию "эмиграция" он противопоставил термин, "более отвечающий смыслу вещей" "русское зарубежье", вошедший ныне в научный лексикон. Своей главной задачей С. считал создание "максимально объективной картины развития русской зарубежной литературы на общем фоне бытия эмиграции". В книге систематизированы сведения об эмигрантских потоках из России в страны Запада и Востока в годы революции и после нее, об образовании центров русской эмиграции: дается характеристика движений евразийства, "сменовеховства", анализируется творчество старшего поколения писателей - И.Бунина, Д.Мережковского, И.Шмелева, И.Куприна, Б.Зайцева, А.Ремизова, поэтов - К.Бальмонта, З.Гиппиус, Вяч.Иванов, В.Ходасевича, М.Цветаевой, представляется молодое поколение литераторов. Как период расцвета зарубежной литературы С. характеризует 1925-39, когда проявились новые идейные течения, были созданы наиболее значительные романы и повести, лучшие свои произведения написали Ходасевич и Цветаева, стали известны имена Н.Берберовой и И.Одоевцевой, возникли группировки молодых поэтов в Париже, Праге, Берлине, Варшаве, Харбине. Едва ли не самым ценным вкладом зарубежных писателей в "общую сокровищницу русской литературы" С. считает критику, эссеистику, философскую прозу, мемуары. В годы 2-й мировой войны зарубежная русская литература, по словам С., либо ушла в подполье, либо перекочевала в Америку. Главным фактором послевоенного периода явилась, по его мнению, "встреча двух эмиграций" - пореволюционной и послевоенной, принесшей иные навыки, новые настроения. --- Многие годы С. посвятил популяризации в странах Европы и Америки творчества русских писателей, изданию их книг в Нью-Йорке, Вашингтоне, Париже, Мюнхене; писал к ним вступительные статьи, комментарии.С. выпустил на английском языке в своем переводе сборник "Русские рассказы" (3 изд.: 1961, 1963, 1965); "Семь рассказов Антона Чехова" (1963): "Антологию русской поэзии: от Пушкина до Набокова" (1967): совместно с Б.Филипповым - сборник произведений И.Бунина (2 изд.: 1933, 1946). Заслугой С. в области русской культуры была публикация произведений "гонимых" в Советской России поэтов. В 1952 в Нью-Йорке вышла книга "Неизданный Гумилев", составителем и редактором которой был С.; в нее вошли материалы, оставленные поэтом в Лондоне в 1918 и оказавшиеся затем в распоряжении С.: рукопись "византийской трагедии" - "Отравленная туника", повесть "Веселые братья", неизданные варианты стихотворений 1916-18. Позднее усилиями С. совместно с Филипповым было осуществлено издание сочинений Н.Гумилева в 4-х томах (1962-68); опубликованы стихотворения О.Мандельштама (Нью-Йорк, 1955), а затем собрание его сочинений в 3-х томах (1 964-69); сочинения Б.Пастернака в 3-х томах; трехтомник сочинений А.Ахматовой (Вашингтон-Париж, 1965-83); собрание сочинений Н.Клюева в 2-х томах (Мюнхен, 1969); "Стихотворения и поэмы" М.Волошина в 2-х томах (Париж, 1982-84). Вступительные статьи С. сопровождали издания книг М.Цветаевой, А.Ахматовой. С выпустил также стихи Н.Заболоцкого (1965). Б.Филиппов называл С. "ученейшим академическим литературоведом". --- Соч.: Русский европеец: Материалы для биографии и характеристики князя П. Б, Козловского. СанФранциско, 1950; The Double Life of Russian Literature / Books Abroad. New York, 1954; К истории русской поэзии 1910-х-начала 1920-х годов. Беркли, 1979. --- Лит.: Филиппов Б. Памяти Г.П.Струве // НЖ, 1985, № 160; Раевская-Хьюз О., Рязановский Н. In memoriam (памяти): Глеб Петрович Струве // Зап. Рус. акад. группы в США, 1985, т. 18; Лаппо-Данилевский К.Ю. Глеб Струве - историк литературы // Рус. лит-ра, 1990, № 1; Трущенко Е.ф. Глеб Струве и литература русского зарубежья / Русское литературное зарубежье. Сб. обзоров и материалов, вып. 2. М., 1993. --- Е. Трущенко --- |
|
