Буслаев, Федор Иванович - знаменитый филолог (1818 - 97), родился в Керенске (Пензенской губернии), где его отец был секретарем уездного суда. 5-ти лет лишился отца, и мать его переехала в Пензу. Здесь Буслаев поступил в гимназию и по окончании в ней курса в 1834 г. поступил студентом в Московский университет по словесному факультету. Окончив курс в 1838 г., Буслаев был назначен преподавателем во 2-ю московскую гимназию, а в следующем году отправился с семейством графа С.Г. Строганова за границу, где и пробыл два года, переезжая из Германии во Францию и Италию и занимаясь преимущественно изучением памятников классического искусства. По возвращении в Москву (1841) занял должность преподавателя в 3-й гимназии, сохранил в то же время место домашнего учителя в семье графа Строганова, а с 1842 г. был прикомандирован в помощники к профессорам И.И. Давыдову и С.П. Шевыреву . В это же время имя Буслаева впервые появляется под несколькими научными статьями и рецензиями (в "Москвитянине"). Внимание молодого ученого было привлечено в особенности историческим изучением русского языка, к которому он обратился под влиянием "Грамматики немецкого языка" Якова Гримма , - этого классического труда, положившего основу исторической грамматике. В 1844 г. Буслаев издал замечательную по своему времени книгу "О преподавании отечественного языка" (2 тт.; 2-е, сокр. издание, в одном томе, М., 1867), в которой много места отведено рассмотрению данных русской исторической грамматики и стилистики. В отношении стилистики она представляет богатый подбор фактов, извлеченных из известных в то время памятников нашей древней словесности, причем многое темное и загадочное в языке этих памятников получало меткое объяснение. Во многих своих частях эта книга полезна и поучительна еще и теперь. Около этого времени Буслаев сблизился с кружком московских славянофилов: Хомяковым , К. Аксаковым , И. Киреевским и др. Близость к Киреевскому, ставшему в 1845 г. редактором "Москвитянина", дала возможность Буслаеву стать постоянным сотрудником журнала по отделу библиографии и критики, которым он заведывал, поместив в то же время в нем ряд рецензий и две более обширных статьи о "Слове о полку Игореве" в издании Дубенского и об "Общей грамматике" И.И. Давыдова. С 1847 г. Буслаев начал читать лекции русского языка и словесности в Московском университете в качестве преподавателя, а в 1848 г. издал магистерскую диссертацию "О влиянии христианства на русский язык. Опыт истории языка по Остромирову Евангелию". Этот труд имеет более археологический или культурно-историч еский характер, чем строго-лингвистический; некоторые из поставленных им вопросов впоследствии с большею точностью и определительностью были рассмотрены Миклошичем ("Christliche Terminologie"); с тех пор открылось вообще много новых материалов для дополнений; но в целом исследование Буслаева и до сих пор еще остается одним из замеч ательнейших для своего времени опытов истории языка, понимаемой в связи с движением жизни и культуры. Основываясь на данных сравнительного изуч ения готского перевода Библии, Буслаев доказывал, что славянский язык задолго до Кирилла и Мефодия подвергся влиянию христианских идей, и что перевод Святого Писания на славянский язык относится к той поре народной жизни, когда в языке господствовали еще во всей силе понятия о семейных отношениях, между тем как в языке готского и древненемецкого переводов Святого Писания замечается гораздо большее развитие понятий государственных. "В истории славянского языка виден естественный переход от понятий семейных, во всей первобытной чистоте в нем сохранившихся к понятиям быта гражданского. Столкновения с чуждыми народами и перевод Святого Писания извлекли славян из ограниченных домашних отношений, отразившихся в языке, сознанием чужеземного и общеч еловеческого". В 1855 г., в юбилейном издании Московского университета "Материалы для истории письмен восточных, греческих, римских и славянских", помещен труд Буслаева "Палеографические и филологические материалы для истории письмен славянских", - ряд словарных и грамматич еских извлечений из рукописей, большею частью русской редакции. В этой работе он впервые касается вопросов истории искусства (интерес к орнаменту), которым начал заниматься еще в 1849 г., изучая иконописный "Подлинник" и лицевые рукописи. В то же время Буслаев не оставлял и своих грамматических занятий, плодом которых явился вышедший в 1858 г. его "Опыт исторической грамматики русского языка", выдержавший с тех пор несколько изданий и долгое время, несмотря на недостатки, сохранивший значение первостепенного труда, обильного материалом, тщательно извлеченным из огромного количества памятников, - труда, влияние которого чувствовалось во многих позднейших исследованиях, посвященных русскому языкознанию. Особенный интерес представляет 2-й том "Грамматики", заключающий в себе русский исторический синтаксис. Написан был этот труд Буслаевым по поручению Я.И. Ростовцева , как руководство для учителей. В тесной связи с этой работой стоит составленная также по поручению Ростовцева "Историческая хрестоматия церковно-славянского и древнерусского языков" (1-е изд., М., 1861), - о чень важный сборник, содержащий в себе, между многими уже известными текстами, множество таких, которые впервые были изданы составителем; все тексты снабжены подробными историко-литературными и грамматическими примечаниями. К концу 50-х годов около Буслаева уже образовался кружок его учеников. Явилась возможность основать специальное издание с одним из лучших учеников Буслаева, Н.С. Тихонравовым во главе - известные "Летописи русской литературы и древности", где вместе с редактором и его учителем приняли участие и многие другие молодые представители Буслаевской научной школы. В 1860 г. Буслаев был избран членом Академии Наук. Одновременно с историей языка Буслаев занимался изучением русской народной поэзии и древнерусского искусства. Одним из внешних стимулов к этим занятиям послужило полученное Буслаевым в конце 1859 г. от графа С.Т. Строганова приглашение прочесть Наследнику престола Николаю Александровичу курс "Истории русской словесности, в том ее значении, как она служит выражением духовных интересов народа". Для этого Буслаев должен был переехать в Петербург, работая в то же время над составлением обширного сборника статей и монографий, под общим заглавием "Исторические очерки русской народной словесности и искусства" (2 больших тома, СПб., 1861). В первом томе помещены исследования по народной поэзии: сначала - главы, имеющие предметом поэзию в связи с языком и народным бытом; потом - изучение славянской поэзии сравнительно с поэзиею других народов (германскою, скандинавскою); далее - национальная поэзия славянских племен вообще и, наконец, - русская. Во втором томе рассматриваются народные элементы древнерусской литературы и искусства. Автор является верным последователем гриммовской школы, с ее учением о самобытности народных основ мифологии, обычаев и сказаний - школы, которая в настоящее время уже уступила место теории взаимного общения между народами в устных и письменных преданиях. Многое, что представлялось 30 лет тому назад наследственною собственностью того или другого народа, признается теперь случайным заимствованием, взятым извне вследствие разных обстоятельств, более или менее объясняемых историческими путями, по которым шли различные культурные влияния. Таким образом, большая часть "Очерков" Буслаева в настоящее время, по методу, является уже устаревшею, хотя они и заключают в себе массу интересного и ценного материала. То же нужно сказать и о ряде его статей, напечатанных в 1862 - 71 годах в разных изданиях и повторенных в книге "Народная поэзия" (СПб., 1887), составляющей как бы непосредственное продолжение "Оч ерков". В 1861 г., окончив свое преподавание Наследнику Цесаревичу, Буслаев вернулся опять в Москву и возобновил свои лекции в Московском университете, получив от него степень доктора русской словесности, после чего был назначен ординарным профессором. В 1863 г. Буслаев выпустил второе издание своей грамматики, значительно измененное и дополненное, и отправился вторично за границу, с намерением заняться историей искусства (главным образом, для изучения русской иконографии, миниатюры и орнаментики). За время своего путешествия Буслаев был избран секретарем Общества любителей древнерусского искусства, основанного при румянцевском музее по его же почину. Через два года (в 1866 г.) вышел большой том трудов этого общества "Сборник общества любителей древнерусского искусства" с длинным рядом мелких статей и рецензий Буслаева и его большой монографией "Общие понятия о русской иконописи", имеющей такое же важное значение для истории древнерусского искусства, как "Исторические очерки русской народной словесности" для истории народной русской словесности и письменности. В 1869 г. он выпустил в свет свой "Учебник русской грамматики, сближенный с церковно-славянскою", а в следующем 1870 г. - "Русскую Хрестоматию. Памятники древнерусской литературы и народной словесности, с историч ескими, литературными и грамматическими объяснениями, со словарем и указателем, для средне-учебных заведений". Обе эти книги находятся в связи с прежними его чисто научными трудами: "Историческими" грамматикой и хрестоматией, представляя их переработку и приспособление к школьному преподаванию. В 1870 г. Буслаев отправился в третье свое научное путешествие за границу, с целью изучения отношения миниатюры к тексту в Византии и на Западе. В 1874 г. Буслаев предпринял четвертое путешествие за границу. Последующие годы были посвящены преимущественно исследованиям в области древнерусского и византийского искусства. Особенно заинтересовали Буслаева так называемые лицевые Апокалипсисы. Изучая их рукописи в русских библиотеках, Буслаев скоро пришел к необходимости сличения их с иноземными и в 1880 г. снова уехал за границу работать в библиотеках. В следующем 1881 г. он оставил кафедру в Московском университете и весь отдался своим исследованиям, результатом которых явилось в 1884 г. издание "Толкового Апокалипсиса" по рукописям VI-X, XVII вв., с атласом в 400 рисунков, представляющее весьма важный вклад в историю русских лицевых изображений. В 1886 г. Буслаев издал сборник своих статей, 1851 - 81 годы, под заглавием "Мои досуги" (2 тт.). В первый том вошли мелкие статьи по истории искусства классического, средневекового и современного; во второй - статьи преимущественно историко-литературного содержания ("Иллюстрация стихотворений Державина", "Перехожие повести", "Значение романа в наше время" и др.). В следующем году вышел сборник "Народная поэзия. Историч еские очерки" (СПб., 1887). В 1888 г. состоялось чествование пятидесятилетней ученой деятельности Буслаева, во время которого он получил длинный ряд адресов, приветствий и других доказательств общего уважения и высокой оценки его научных заслуг. Под конец жизни он потерял зрение и писал мало; последним крупным трудом, вышедшим из-под его пера, были подробные и во многих отношениях интересные "Воспоминания", печатавшиеся в "Вестнике Европы" за 1891 - 92 годы (отдельное издание: "Мои воспоминания", М., 1897). Дополнения к ним появились в "Вестнике Европы" за 1896 г. и в сборнике "Почин" на 1896 г. С 1908 г. выходят в свет его "Сочинения", издаваемые Академией Наук (т. I, 1908 г. и т. II, 1910). См. о Буслаеве биографию А.И. Кирпич никова ("Критико-библиографический словарь" С.А. Венгерова , т. V, СПб., 1897), где имеется почти полный список отдельных оттисков и книг в "Русских Книгах" С.А. Венгерова, т. III, 322 - 325), о юбилее Буслаева см. "Филологические Записки" (Воронеж, 1889); Д.В. Айналов , "Значение Ф.И. Буслаева в науке истории искусств" (Казань, 1898); ч етыре речи, читанные в заседании отдела Коменского 21 января 1898 г. профессором А.И. Соболевским , академиком А.А. Шахматовым , профессором Н.И. Ждановым и В.А. Воскресенским (СПб., 1898); Е.К. Редин , "Обзор трудов Ф.И. Буслаева по истории и археологии искусства" (Харьков, 1898). Перечень биографических материалов и отзывов о Буслаеве см. у С.А. Венгерова, "Источники словаря русских писателей", т. I, СПб., 1900. С. Булич.
|
